Непросто вдоволь —больше чем вдоволь. Гораздо больше. Нищета убивает. Я не боюсь смерти, зато боюсь этого медленного и разъедающего умирания. Вы ведь мне не поверили? Ну, той истории про родителей?
— Не совсем. А должен был верить?"
"— Ну, это по крайней мере правда. Я мог бы свозить вас в какой-нибудь паб в Вестминстере — о Господи, да вы, верно, и сами их знаете, — познакомить с теми, кого я боюсь. С жалкими старушками, которые едва ухитряются сводить концы с концами на свою пенсию. Или не ухитряются.
Хотя они, бедолаги, даже не привыкли иметь деньги. А я привык. И не стыжусь своих привычек. Коли я вообще живу, то должен жить в богатстве. Неужели вы и вправду ожидали, что я позволю больному старому глупцу и умирающей женщине встать на моем пути?
Дэлглиш не ответил на вопрос. Вместо этого он сменил тему:
— Полагаю, вы именно здесь и шли, когда подожгли башню?
— Ну разумеется. Поступил как и сейчас: доехал до ложбинки, а дальше пошел пешком. Я знал, когда Уилфред, раб привычек, скорее всего должен прийти в башню, и выследил его, наблюдая в бинокль.
Ключи и сутану добыть было несложно. Я заранее подготовился. Любой, кто хорошо знает Тойнтон-Грэйнж, может передвигаться по нему совершенно незамеченным. А даже если бы меня и увидели — я ведь член семьи. Мне нечего объяснять свое присутствие. Поэтому и Грейс Уиллисон убить было так просто. Я вернулся домой и лег уже в начале первого, отделавшись сущими пустяками: ноги замерзли да заснуть удалось не так быстро, как обычно.
Кстати, должен вам сообщить на случай, если вы вдруг сомневаетесь: Уилфред и знать не знает ни о каких наркотиках. Если бы сейчас умереть предстояло мне, а вам выжить, вы бы испытали немалое удовольствие, сообщив ему все эти новости. Обе новости. Его чудо — обман, а его обитель любви — перевалочный пункт смерти. О, я бы многое дал, чтобы увидеть его лицо! До черной башни оставалось лишь несколько шагов. Не меняя направления в целом, Дэлглиш постарался подвезти кресло как можно ближе к крыльцу.
Ветер постепенно усиливался, протяжно стонал над травой. Но ведь по этому каменистому выступу всегда гулял ветер.
Внезапно Дэлглиш остановился и, сжимая кресло левой рукой, сгруппировавшись, полуобернулся к Джулиусу. Сейчас или никогда.
— Что еще? — резко спросил Джулиус.
Время остановилось. Секунды застыли в вечности. В эту краткую, лишенную времени паузу страх и напряжение внезапно покинули Дэлглиша, освободили разум.
