Да, Володя, ну ты, конечно, совсем на себя забил. Тут не руки, а тоненькие ниточки. Рёбра торчат. Лицо измождённое. Лишь большие глаза сверкают.
Я упал на пол, принялся отжиматься. Но на двадцатом разе закружилась голова. Крыс почувствовал моё состояние, подлетел и завис на уровне взгляда.
«Хозяин, умоляю, — питомец забавно сложил лапки на груди. — У меня энергии катастрофически мало…»
«Да не переживай ты. Оставь ману при себе. Просто тело слишком хлипкое, не выдерживает», — засмеялся я.
Голова перестала кружиться, когда я съел всю вазу с яблоками.
Организм насытился и захотелось спать.
«Всё, отбой», — зевнул я и, уже засыпая, услышал на фоне бубнящего Крыса."
"«Издевательство какое-то… Как можно Верховного Приручителя, Великого мастера зверей, защитника всего Восточного королевства перенести в тело такого хлюпика?.. Я бы на его месте повесился… или поискал бы тело получше».
* * *Наутро я чувствовал себя бодро. Да что там бодро — просто шикарно, если сравнивать со вчерашним днём.
Конечно, дело было не только в курином супе и яблоках.
Ещё на моё восстановление повлиял здоровый сон — отрубило аж на целых десять часов! — и питомец. Крыс хоть и возмущался, но подпитал меня во время пробуждения ещё крупицей энергии. Видно осознал, что мы связаны, и никуда не деться.
Я надел костюм. Серый, но более-менее солидный. Самое приличное, что нашёл в скудном гардеробе Володи. Затем спустился на первый этаж по скрипящим ступеням.
Из столовой слышался вялый стук ложек, а в воздухе витал аромат свежесваренного кофе.
О, это я люблю. В прошлой жизни частенько заходил в кофейни, наслаждаясь этим напитком.
— Явился, — выпалил братец, едва я появился на пороге столовой. — Ты бы ещё к ужину встал.
Не удостоив его вниманием, я сел за стол и подтянул к себе тарелку с остатками омлета. Старый слуга тут же суетливо придвинул ко мне нарезанную буженину, корзинку с пышными булочками и налил крепкий кофе.
Отец, сидящий во главе стола, просматривал газету.
— Куда мир катится? — недовольно проворчал он.
— Опять налог на землю хотят поднять. Нам бы за прошлый год за свой участок расплатиться, а то долги только копятся.
Старик Черкасов убрал газету, внимательно посмотрел на меня.
— Как ты себя чувствуешь? Голова не болит?
— Всё хорошо, — ответил я, прожевав омлет.
— Ага, хорошо, значит. Ну и отлично, — кивнул глава семейства и вновь вернулся к газете.
Славик сидел напротив меня, уткнувшись в прибор коммуникации, который я ранее заметил в руках Светланы.
