Сверху была написана дата — почти две недели назад. Но главное — почерк. Точь-в-точь как у него."
"Эрик разгладил листок на подоконнике и прочитал остальное. Но это был какой-то бред. Идиотская записка с откровенной похабщиной. Видать, идиотская шуточка какого-нибудь озабоченного малолетки. Только вот в записке обращались к их русичке, Нине Лаврентьевне. И, опять же, почерк… Хотя такую ересь он даже в бессознательном состоянии не написал бы. Чёрте-те что…
Эрик задумчиво посмотрел в окно. Там внизу на скамейке сидела Дина.
Сумку свою она уже подобрала, положила рядом, но на урок идти не торопилась. И вообще показалось, что Ковалевская плакала — в руке у неё белел платок, и пару раз она поднесла его к глазам. Из-за сумки, что ли?
Вдруг она, словно почувствовав, подняла голову и взглянула прямо на него. С минуту они смотрели друг на друга. И в тот момент возникло странное ощущение какой-то незримой связи. Словно они вот так без слов, одними взглядами общались. Ерунда, конечно.
Потом она поднялась и ушла, и ощущение исчезло.
Эрик снова посмотрел на листок. Уж не из её ли сумки он выпал? И дата на листке как раз та, когда началась история с вырванной страницей. И всё равно непонятно — что это за пошлый бред?
* * *После занятий Эрик подловил Дину на лестнице.
— Поговорим? — кивком он предложил ей отойти в сторонку.
С ней были верные подружки, которые тут же ощетинились.
— Псих! Что тебе надо? Дин, он еще смеет подходить! Пошли отсюда скорее.
Поколебавшись немного, она сказала им:
— Ладно, вы идите.
— Ты что? — округлила глаза Лиза Спицына. — Он же неадекват! Ник! Никита! Дима!
— Да тише ты, — шикнула на неё Дина и, указав рукой вниз, попросила их: — Подождите меня там.
Полина и Лиза, ещё немного потоптавшись, неохотно стали спускаться вниз, то и дело оглядываясь. А Дина сложила руки на груди и повернулась к нему.
— Что тебе? — спросила холодно, вздёрнув бровь. — Если ты собираешься выговаривать мне за шкаф — даже не начинай. Это тебе за мою сумку.
И за… мой телефон.
Она тут же выудила из сумки айфон, чёрный экран которого был подёрнут кружевом трещин.
Такого он, конечно, не хотел, но они сами виноваты.
— Процитирую тебя. Может, теперь ты поймёшь, каково это, когда твои вещи выбрасывают.
— Ты смысл слов не понимаешь? Хорошо, повторю: я вещи Казанцевой не трогала. И никого к ней не подсылала. Это всё?
Дина попыталась его обойти, но он задержал её. Достал из кармана смятый листок, показал ей.
