А теперь… теперь просто полный хаос и раздрай. Словно признание матери не связало их, а наоборот оттолкнуло. Во всяком случае его — от неё уж точно.
А в субботу Дина вдруг предложила:
— Валик с Лаврентьевной поедут завтра Нонну навестить. Не хочешь с ними?
— Не хочу, — буркнул Эрик, понимая, что Дина просто так не отвяжется. Упрямее человека он не встречал.
— А мне кажется, стоит проведать её.
Эрик скосил на неё помрачневший взгляд, молча давая понять, что не желает продолжать этот разговор.
Но это же Дина.
Она ""нет"" не понимает. И ведь он прекрасно видел её манипулятивные уловки, а твёрдо отказать ей не получалось. И раньше, и теперь.
— Ты же можешь ничего ей не говорить, просто покажись. Молча рядом постой и всё, — улыбалась она. — Неужто боишься?
Эрик пропустил её подначивание мимо ушей.
Не дождавшись от него ответа, Дина серьёзно сказала:
— Знаешь, моя мама, конечно, меня никому не отдавала, когда я родилась. Но однажды она просто бросила меня на улице. Можешь себе такое представить? Пока я кружилась на каруселях в парке, она по телефону вдрызг разругалась с отцом, сорвалась и уехала, а про меня тупо забыла.
До сих пор помню тот ужас. Мне пять лет было… Нонна хотя бы отдала тебя в надёжные руки. И… она ведь изменилась. И отношение своё к тебе изменила. Она вон жизнью за тебя готова пожертвовать. Моя же, — горько усмехнулась Дина, — и дня не может для меня выделить. Съёмки, гулянки, что угодно у неё, только не я.
Эрик молчал, не зная, что ответить.
— И всё же я её прощаю, — вздохнула Дина.
— Каждый раз говорю себе, что всё, хватит, а потом опять… Мама же… Эрик, если вдруг Нонна не выкарабкается, ну не дай Бог, конечно, ты же потом себе этого не простишь…
— Ладно, Дин, я понял, — неохотно, но всё же согласился с ней Эрик.
* * *В воскресенье они втроём — Дина, Эрик и Валентин Владимирович — поехали в Москву. Нина Лаврентьевна тоже собиралась, но ей помешали дела."
"Куратор, конечно, ничего не подозревал. Думал, что Эрик едет просто поблагодарить.
Впрочем, сказал себе Эрик, он так и сделает — просто скажет спасибо и всё. И вести себя будет так, как раньше, будто ничего не знает. Так, как она сама вела себя с ним всё это время. Вежливо и не более.
Они немного поплутали по лабиринтам больничных коридоров, пока им не попалась медсестра, которая любезно проводила их в нужное отделение.
Мать свою Эрик увидел ещё издали. Она стояла перед палатой и о чём-то беседовала с незнакомым пожилым мужчиной.
