— Ты тут?
— Да, — поколебавшись, отозвалась она и поднялась с кресла.
Увидев её, он подошёл, встал напротив.
— Я потерял тебя… Ты всё из-за матери своей расстраиваешься? Что-то узнала? Случилось что-то?
Сглотнув, Дина покачала головой, отвела взгляд в сторону.
— Она просто… — сдавленно произнесла Дина, удерживая рвущийся плач. — Просто не приехала и всё…
— Это плохо, конечно, но главное, все живы-здоровы… Мало ли что ей могло помешать. Не расстраивайся ты так…
— Мама не приехала, потому что напилась, — неожиданно для себя самой выпалила Дина.
— Она обещала, что приедет, слово дала, а сама тупо напилась…"
"«Зачем я это ему говорю?» — спохватилась она запоздало, но уже не могла остановиться. Этим признанием она будто сорвала тормоза, и теперь слова обиды и разочарования лились безудержным хаотичным потоком. И вместе со словами лились слёзы.
Дина не заметила, в какой момент Эрик обнял её, прижал к себе и держал так, утешая, пока судорожные всхлипы не прекратились.
Уткнувшись ему в плечо мокрым лицом, она сбивчиво и часто дышала, чувствуя, как боль потихоньку отпускает.
А ещё чувствовала, сначала смутно, а затем всё сильнее, как её пьянит его запах, такой мужской и влекущий. Слышала, как тяжело и гулко колотится его сердце, как мощно вздымается грудь, как меняется его дыхание. Ощущала, как жар его тела проникает в неё, растекаясь по венам. От этого слабели ноги и пересыхало во рту.
Затем она ощутила, как его руки напряжённо замерли, а потом вдруг прижали её ещё крепче, скользнули по спине вверх, вниз, вверх…
Это были уже не дружеские успокаивающие объятья, это было нечто острое, незнакомое, волнующее до дрожи.
Внутри у неё как будто скрутилось всё в тугой узел, и это было одновременно и страшно, и сладко, и томительно.
Затаив дыхание, Дина чуть отклонилась назад. В полном смятении посмотрела на него, как будто хотела что-то спросить, но в ту же секунду услышала короткий резкий вздох, а затем его губы порывисто приникли к её губам.
45
Новая неделя только началась, а Дина уже дважды получила замечание от преподавателей: Нина Лаврентьевна посетовала на её невнимательность и Валентин Владимирович съехидничал в своей манере: «Дина, ау! Вернись на землю грешную».
Просто засыпать она стала плохо, вот и ходила потом весь день полусонная. По полночи порой лежала, не смыкая глаз. Перебирала в уме разные моменты, думала об Эрике, вспоминала их поцелуй. Слишком часто вспоминала, и сердце при этом то замирало, то, ухая, падало куда-то вниз живота.
