Потом еще, и еще раз.
— А теперь ты. Бей! Давай! Разозлись!
Он словно поджигает и без того тлеющий фитиль. Снова слышу его вчерашнее: «не в твоем вкусе», «ей утром на работу», «завтра уберут».
— Вот это неплохо уже, — одобрительно кивает Артем.
— Тебя представила! — признаюсь я. — Мотивирует.
— Лучше Кочетова представь, — кривится Баев. — Или Стэна. Или Антона.
— Кого? — Опускаю я руки.
— Тот, кто вчера хотел яйца свои к тебе подкатить. Да еще и при мне. Давай еще десять ударов. Плечо не уводи!"
"Через двадцать минут я валюсь на мат и отказываюсь подниматься с него.
Вообще отказываюсь двигаться.
— Ты изверг, Баев! — выдыхаю, когда сердце немного успокаивается и я могу уже более или менее нормально говорить. — Мой кошмар!
Артем садится на мат, начинает снимать с меня перчатки, я не сопротивляюсь. Сил нет, да и лень.
— На первый раз достаточно. Хотя… вставай, Мира. Попробуй меня ударить. Разрешаю.
— Иди к лешему! — второй раз за последний час посылаю я Баева. Но он хватает меня за руку и тянет вверх.
Разозлившись, пинаю его по ноге. Сильно! И главное, неожиданно. Он теряет равновесие, я успеваю даже обрадоваться, но всего лишь на доли секунды, потому что падает Артем прямо на меня. Я даже выставить руки не успеваю. Но зато успевает он, поэтому не так больно. Точнее, совсем не больно.
Мы смотрим друг на друга, наверное, целую вечность. Его сердце бьется так близко, будто оно во мне. Тону в темных глазах, даже не пытаясь спастись. Я знаю, что сейчас произойдет, еще до того, как он с отчаянием в голосе произносит:
— Да к чертям все!
И впивается жадным поцелуем в мои губы.
Тело пробивает дрожь, каждая моя клеточка стремится к нему — обнять, прижаться крепче, раствориться в нем. Его язык в моем рту, ласкает, пробует на вкус. Губы уже ноют от сладкой боли. Но я не могу прервать поцелуй, не могу оторваться от Артема. Да и он не отпускает, распаляется все больше — его руки, такие горячие и нетерпеливые, уже под моей футболкой, лихорадочно глядят меня, поднимаются выше, накрывают грудь.
Выгибаюсь под ним, пальцы зарываются в густые жесткие волосы. Я стону ему прямо в рот, вжимаюсь в него и чувствую, как он возбужден.
Это как вспышка молнии в голове; замираю, не в силах оттолкнуть его от себя. Артем недоуменно поднимает голову. У него сбившееся дыхание, смотрит на меня, словно хочет прожечь взглядом.
«Нет! Не останавливайся!» — безмолвно кричу я, не осмеливаясь попросить его вслух.
