Вот это новость!
— А почему? Это же твоя альма-матер во всех смыслах. Тебя заставили, что ли?
— Никто меня не заставлял, — устало и с легким раздражением отвечает Баев. — Я сам так решил.
Он собирает на сервировочный стол термосы, кружки, тарелку из-под супа и толкает ее к внутренней стенке веранды.
— Холодно, пошли обратно, — велит Артем.
Помогает мне встать и поправляет шапку на моей голове. От этих простых движений у меня ком к горлу подкатывает. Может, он и безжалостный жестокий псих, но рядом с ним я всегда защищена.
Даже от метели сейчас укрывает.
— Спасибо, — прорывает меня. — Артем, спасибо тебе. Спасибо за то, что не выгнал вчера, что пытался привести в чувство, что не сделал того, что… и за сегодня… ты же целый день со мной… здесь… у тебя же, наверное, были другие планы… Спасибо! Я… не знаю, что еще…
— Пожалуйста, — прерывает мой поток Баев. — Больше так не делай.
Чувствую, что краснею от стыда. Артем придерживает края пледа, в который я укутана. В его черных волосах сверкают снежинки.
Волшебство…
— Не делай? — нервно переспрашиваю. — Обещаю, что больше не буду напиваться и нести всякую чушь…
— Не спасай меня.
Глава 48
«Уеду на пару дней. Не скучай».
«Не буду. Куда едешь?»
«По делам».
— Мирослава, вы так улыбаетесь мечтательно. У вас что, в телефоне ответ по глобальным свойствам непрерывных функций?
Демьянов, как стервятник, уже тут как тут. Я на секунду всего отвлеклась! Быстро прячу мобильный в карман, боясь, что препод заставит отдать.
Да, у нас бывает и не такое! А если отберет, то увидит мою переписку с Артемом.
— Извините!
— Не стесняйтесь, Шанина. — Демьянов продолжает докапываться. — Вы девушка, конечно, вам скучно, понимаю. Действительно, зачем вам вообще учиться, если можно сорвать куш особо не напрягаясь. Да и мозг вам не пригодится.
По аудитории прокатываются едва сдерживаемые смешки. Я молчу, никак внешне не реагирую, хотя хочется исчезнуть отсюда, а лучше — прямо ответить на оскорбления.
Мысли в голове никак не дают покоя:
«Пусть Баев совсем не твой парень, но ведь ты с ним чатилась!»
«И молчишь, потому что тебе есть что скрывать».
«Да нечего мне скрывать! Все как и раньше: я у него убираю, а он хозяин мира, в котором я живу».
Демьянов веселится, попутно рассказывая про непрерывность сложной функции, а мне плевать. Я думаю о том, что два дня буду предоставлена сама себе.
Нет, наши отношения после дня рождения и моего пьянства не изменились.
