А люди рядом — всего лишь часть этого пространства и тоже принадлежат ему.
И все же у меня никогда не хватит духу потребовать от Артема не заходить в мою комнату или врезать замок в дверь.
«Мира, я не фанат искусства, и потом, я целый месяц гнил в городе, видеть его уже не могу». Вспоминаю вымученную улыбку Тараса и ощущаю себя жуткой эгоисткой. Сдалась мне эта выставка! Зато можно несколько часов побыть вместе с добрым хорошим парнем, в которого я влюблена, и выбросить из головы этот пентхаус с его хозяином, отвлечься ненадолго.
"
"Мы с Тарасом эту неделю почти не виделись, и я соскучилась. После того что устроил Баев в нашей группе, прошло уже четыре дня, а я до сих пор еще не успокоилась. Хотя все упорно притворяются, что ничего не случилось. Все, включая Артема.
Я пыталась с ним объясниться, сказать, что он переборщил, что сделал только хуже. Что насилием не победить насилие! О его расправе вся академия узнала в тот же день. И теперь я стала неприкасаемой в том смысле, что до меня реально боятся дотронуться, боятся на меня смотреть, боятся разговаривать.
Одногруппники не садятся со мной на занятиях, не общаются друг с другом при мне, но я чувствую, как от них исходят волны ненависти.
Только Тарас и Макс не боятся ко мне подходить, ну и Шелест по старой памяти делится со мной последними сплетнями. И все.
Баеву на это плевать. Он и слушать меня не стал — зыркнул так, что я рот захлопнула, даже о том, что все это дело рук Шумского, а Серега Асафьев просто исполнитель, сказать не успела.
«В кабинете жутко грязно, пыль на книгах и на глобусе.
Ты знаешь, что такое глобус, Шанина?»
Урод! Ненавижу его! Не меня он защищал, а свой имидж, реноме хозяина академии. Чтобы держать всех в страхе и подчинении.
— Собираешься на выставку? Похвально!
Оборачиваюсь к Баеву, который иронично смотрит на меня, стоя в проеме открытой двери.
— Не собираюсь, — отрезаю я. — Другие планы.
— И какие же?
Мне не нравится его голос, взгляд, каким он на меня смотрит, его расслабленная поза, его скривившиеся в презрительной усмешке губы.
Мне не нравится в этом человеке абсолютно все. Даже его одежда вызывает отторжение. Стильная, очень дорогая и брендовая. Она призвана подчеркнуть, насколько Баев далек от таких, как я.
— Я задал вопрос, Мира. Какие у тебя планы или это секрет?
— Не секрет. Я иду на «Осенний бал».
— С Кочетовым?
— С ним. И что? Нельзя?
Голос срывается, мне сложно сдерживаться. Баев ведет себя так, словно он мой хозяин.
— Твой выбор. Я предупреждал.
