Но даже подумать не мог, что отец прикажет подвергнуть его избиению живыми ядовитыми плетьми. Наверное, старший Вордак очень зол на сына…
«Зол за предательство, – горько думал Лешка. – За слабость».
И все же он собирался поговорить с отцом еще раз о ней, о Татьяне. Даже несмотря на запрет. Но для этого надо выздороветь. Чувствовать себя если не хорошо, то хотя бы сносно.
Вечером, на третий день после наказания, к нему пропустили Шелла. Выглядел он непривычно бледным, но, как всегда, пребывал в позитивном настроении.
– О брат, – грустно присвистнул он, появившись в апартаментах, – смотрю на тебя, и мне становится намного лучше… Выглядишь, как покойник.
Оказалось, веселого поляка тоже били плетьми, но не ядовитыми, просто в назидание, за противодействие властям и помощь нарушительнице. Которая, кстати, неизвестно где находится. Ходят слухи, что Татьяна, нынешняя хранительница Венца, пребывает вне пределов этого дома.
Алексей Вордак не отвечал. Берег силы, чтобы не потерять сознание.
Впрочем, Шелл и так знал, что рассказывать.
Правда, больше новостей о Каве поляк не слышал. Лишь сообщил, что полудух куда-то пропал, а остальные из ЕВРО, эти Эрис и Патрик, страшно возмущены, требуют международного суда. А парень еще кричит на всех, ругается и требует немедленно вернуть мисс Каве – скорее всего, у Лешки имеется серьезный соперник.
Подколка не возымела никакого действия: друг так и лежал на полу, уставившись в потолок. Исчерпав весь запас оптимизма, поляк наконец замолк.
Воцарилось молчание. Шелл не уходил, но думал о своем. Да и не хотел оставлять друга в таком бедственном положении.
Прошел час, а может, и два.
– Шелл…
– А? – Поляк встрепенулся. – Тебе легче?
– Мне нужно лекарство… – Лешка сглотнул, по-видимому, фраза далась ему с трудом. – Возьми… у меня там, наверху.
– А-а, – понимающе кивнул Шелл, вскакивая, и тут же согнулся, охнув. Забыл, что и сам не отошел еще после наказания. – Как оно выглядит?
– З-з… зеленый череп. На бутылке. – Вордак закрыл глаза.
– Из-под кока-колы, – спустя время продолжил он. – Мешочек… Номер два-один-А, белой краской.
– Ага…
Лекарство, благодаря черепу, старательно выведенному на пластике бутылки, казалось доброй порцией яда. Однако Лешка, завидев его, тут же благодарно кивнул. Шелл помог ему отпить пару капель.
Лишь только целебная жидкость проникла в его внутренности, младший Вордак открыл глаза и, сделав усилие, приподнялся на локте.
– Еще, – потребовал он.
