"
"- Хм-м… Вика сказала? – надув щеки, делает шумный рваный выдох. – Я просто помогаю дочери уважаемого доктора. Нам с тобой пригодятся такие связи, - мягко намекает, и я с трудом держу себя в руках. – У Полины большие перспективы. Мне она нравится, не скрою, но не ищи подвоха в моих действиях. Если бы у вас с ней сложилось, я был бы рад. Если нет…
- Нет, - сурово осекаю его. Демонстрирую правую руку, с которой не снимаю обручального кольца. – Я женат. И это навсегда.
Отцу рано знать о том, что Надя вернулась и поселилась в моем доме.
Что она родила мне прекрасного сына. Что я вновь почувствовать себя живым и полноценным, будто недостающие детали мозаики наконец-то встали на свои места.
Я муж и отец...
Едва сдерживаюсь, чтобы не выплюнуть это победно ему в лицо. Но хвастаться пока особо нечем – я еще не вернул Надю до конца. Однако когда это случится, никто не посмеет влезть в нашу семью. Больше не позволю!
- Но…
Папа явно собирается меня переубедить, но берет паузу, чтобы подобрать наиболее подходящие и острые слова.
В воцарившейся тишине слышатся шаги. Из коридора доносятся голоса.
- Па-а, - нараспев тянет детский, который я узнаю с первого звука.
Вулкан внутри меня, разбуженный отцом, опять засыпает. Я улыбаюсь от умиления и вскидываю взгляд на дверь в предвкушении, что на пороге моего кабинета скоро появится маленькое чудо.
- Дя-дя На-зар, - по слогам выговаривает Евгения Климовна, но внучка ее не слушается.
- Па, - твердит и не терпит возражений.
Мне нравится, как она это произносит.
Нежно, тонко, но в то же время упрямо. Через некоторое время Назарка научится говорить и тоже будет называть меня папой. Почему-то обращения от этих двух детей в моем сознании равноценны. Чужая дочка на одной чаше весов с родным сыном.
Странные чувства… Все больше понимаю Надю. Видимо, у нас обоих отголоски психологической травмы, просто проявляются они по-разному.
- Вот и Ангелина, - представляю девочку в унисон со стуком в дверь. – Пациентка, о которой я тебе говорил. Да, войдите! – повышаю голос, обращаясь к бабушке.
Отец оборачивается, подвинув стул, и без особого интереса смотрит в сторону входа. Дверь медленно и плавно отворяется, в образовавшемся зазоре появляется темная макушка с двумя озорными хвостиками. Наивный детский взгляд ищет меня, но спотыкается о чужого дядю.
- Н-не, - отрицательно покачивается головка, а хвостики дергаются в такт.
Не заметив меня из-за широкой фигуры отца, Ангелина растерянно моргает и поджимает подбородок.
