Посиди, отдохни, – командовала блондинка, поставив вазу с орхидеей на журнальный столик, – а я быстренько переоденусь и будем ужинать.
– Что? Ужинать?
– Ну да. Я голодная, да и ты, наверное, тоже, – Ева остановилась в дверях спальни и внимательно посмотрела на гостя. – Или я не права?
– Права. Извини, я об этом как-то не подумал. Сейчас я закажу еду из ресторана. Ты какую кухню предпочитаешь? Итальянскую, азиатскую или русскую?
– Я предпочитаю собственную кухню, Жень. Пять минут подожди."
"– Ну ты лох… – снова вылез из угла внутренний голос.
– Знал ведь, что она после работы. Жанку по ресторанам таскаешь, она даже не знает, как плита в собственной квартире включается, а тут… ну ты л-о-о-о-х!
Балу не был лохом. Никогда. Просто он не рассчитывал, что сегодня получит приглашение и будет допущен в святая святых – в уютную квартиру Евы. Думал, подарит орхидею, огребет «от ворот поворот» в качестве ответа на наглое «пригласишь?» и тихо исчезнет, растворится в плотном вечернем потоке машин.
15
Мужчина прислушивался к звукам, доносящимся из-за дверей спальни Евы. Тихое шуршание – она сняла сарафан, потом едва слышный «плюх». Похоже, бросила его на постель. Очень тихо, но обостренное звериное чутье Балу улавливало каждый нюанс этой тишины. Стукнула дверь шкафа, скрипнул ламинат. Ева, одетая в спортивные тонкие брюки и кроп-топ, вышла из комнаты и замерла перед гостем.
Он красивый? Положа руку на сердце – нет. Балу не был классическим красавчиком, скорее производил впечатление надежного, сильного и – но пока это было гипотетическим предположением блондинки – очень упрямого. Другой просто не смог бы достичь высоких результатов в спорте.
– Так, я готова. Сейчас будем готовить ужин. Будешь помогать.
– Помогать? – он оторопел, вспоминая, когда в последний раз заходил на собственную кухню за чем-то иным, кроме чашки кофе. – Хорошо, командуй.
Сегодня все шло не так, как он привык, но стоило ли об этом жалеть? Хотел сломать сценарий – получите и распишитесь.
Балу встал с мягкого дивана и поправил брюки, пользуясь тем, что девушка повернулась в нему спиной: «младший брат Балу» активно реагировал на смену ее имиджа, изменяясь в размерах и твердея. Твою ж мать! Как невовремя! И главное – с чего бы?
В глазах Евы не было ни капли флирта, в движениях – жеманства и желания понравиться.
