– Кто-нибудь заметил, что в последнем коридоре не было летучих мышей? Пол чистый.
– Есть звуки, не слышные человеческому уху, – сказал Силкас Руин. – Поток воздуха течет через отверстия по трубам за стеной и издает звук, который пугает летучих мышей, насекомых, грызунов и прочих. Короткохвостые умели делать такие штуки.
– Значит, тут никакой магии? – спросила Сэрен Педак. – Ни заклятий, ни заговоров?
– Нет.
Удинаас потер лицо. В завитках его грязной бороды застрял мусор.
– Просто узнайте, аквитор, с нужной ли мы стороны от проклятого форта.
– Я хотела убедиться, что не вляпаюсь, выходя, в какое-нибудь древнее колдовство, должник, которое уже когда-то сработало, судя по этим разбитым валунам. Впрочем, конечно, если ты рвешься вперед сам…
– Да зачем это мне? – спросил Удинаас. – Руин вам уже ответил, чего вы ждете?
– Может быть, – вмешался Фир Сэнгар, – она ждет, когда ты заткнешься. И, похоже, нам всем придется этого ждать вечно.
– Мучить вас, Фир, – единственное мое удовольствие.
– Печальное признание, – пробормотала Сэрен Педак и двинулась вперед, через разбитые камни – в ночь.
Удинаас снял заплечный мешок и сел на грязный пол, на кучу сухих листьев. Прислонившись спиной к каменной плите, вытянул ноги.
Мурлыкая про себя, Кубышка побрела в ближайшую боковую комнату.
Силкас Руин стоял, разглядывая Удинааса. Потом произнес:
– Мне любопытно: что придает твоей жизни смысл, летери?
– Странно. Я то же самое думал о вас, тисте анди.
– Да ну?
– Зачем мне врать?
– А почему нет?
– Ладно, – сказал Удинаас.
– Вы победили.
– Так ты не ответил на мой вопрос.
– Сначала вы.
– Я не скрываю, что движет мною.
– Месть? Да, неплохо, пожалуй, в качестве мотивации – хотя бы на какое-то время; а остальное вас и не интересует. Но будем честны, Силкас Руин: для того чтобы жить, этой грустной причины маловато.
– А сам заявил, что живешь, чтобы мучить Фира Сэнгара.
– Он и сам прекрасно справляется. – Удинаас пожал плечами. – Проблема таких вопросов в том, что мы начинаем искать смысл поступков гораздо позже, после того как все сделали.
И тогда находим не одну, а тысячи причин, объяснений, оправданий. Смысл? Помилуйте, Силкас Руин, спросите о чем-нибудь интересном.
– Очень хорошо. Мне нравятся схватки с нашими преследователями – и хватит ненужных уверток. Они мне не по нутру, если честно.
Фир, стоящий у выхода, повернулся и посмотрел на тисте анди.
– Ты разворотишь гнездо шершней, Силкас Руин.
