Не потому ли никто из вас не знает счастья, Фир Сэнгар? Вы все скрюченные ветки на одном большом дереве.
Спорить, конечно, не имеет смысла. Только Сэрен Педак могла бы понять, могла бы даже согласиться со всем, что говорит Удинаас, однако она вообще не хотела быть в этом отряде и строго держалась роли аквитора, следопыта. Ей нравилось, что не нужно выбирать, и еще больше нравилось, что ни о чем не нужно заботиться.
Странная женщина, эта аквитор. Холодная, отстраненная, без друзей… Но несет меч тисте эдур.
Меч Трулла Сэнгара. Кубышка говорит, он сам отдал его в руки Сэрен. Она хоть поняла значение этого жеста? Наверняка. Трулл Сэнгар затем отправился к Руладу. Наверное, единственный брат, кому было не все равно. И что с ним теперь? Возможно, мертв.
Остывший за ночь воздух тек по широкому наклонному коридору и стонал в боковых дверях. Путники приближались к поверхности, где-то у седловидного перевала – но с какой стороны от форта с его гарнизоном? Если не с нужной, то мечам Силкаса Руина предстоит громкая и долгая песня.
Мертвые и так лежали грудами в кильватере этого ходячего белокожего красноглазого кошмара. Те несколько раз, когда преследователи сталкивались с беглецами, они платили жизнью, однако продолжали погоню, и это было бессмысленно."
"И почти так же смешно, как этот мозаичный пол с изображениями грозных армий. Длиннохвостые ящерицы бьются с короткохвостыми, и, судя по всему, гибнут главным образом длиннохвостые. Странная бойня под ногами растекалась по боковым комнатам – каждая, похоже, была посвящена героической смерти какого-то поборника: Грязной К’елли, Нау’рхука Адота, а еще Матроны, как пояснял окруженный колдовским светом Силкас Руин, заглядывая в боковые помещения бегло и равнодушно.
Удинаас видел достаточно, чтобы узнать в цветистых изображениях кампанию взаимного уничтожения с подробными сценами: победа короткохвостых и разрушительный колдовской ответ Матроны. Победители не победили, потому что проигравшие отказались проигрывать.
Безумная война.
Шедшая впереди Сэрен Педак вдруг замерла и, пригнувшись, подняла руку. Сквозняк нес ясные запахи плодородной земли и деревянных опилок. Над небольшим выходом из туннеля нависли, частично перекрывая его, базальтовые глыбы – обломки бывшей когда-то здесь арки, – а дальше начиналась темнота.
Сэрен Педак жестом поманила остальных к себе.
– Разведаю, что впереди, – прошептала она, когда все собрались у выхода из пещеры.
