Худой, лысый, круглое лицо скрыто под толстым слоем краски, ослепительно-яркой, представляющей маску веселья. Йан Товис не знала, кого ожидала увидеть, но уж точно не… это.
– Благодарю, что согласились его осмотреть, – промолвила она. – Как я понимаю, вы обладаете талантами целителя.
Казалось, монах вот-вот расхохочется, и Сумрак ощутила укол раздражения.
– Вы меня понимаете? – сурово спросила она.
Под слоем краски черт лица было не разобрать, однако монах ответил на чистом летерийском:"
"– Я понимаю каждое ваше слово.
Судя по певучему акценту, вы родом с северных берегов империи. Вы также отрабатывали необходимый на военной службе командирский голос, что, впрочем, не до конца скрыло остаток вашего низкого рождения, хотя хранит от большинства ваших сослуживцев тайну положения вашей семьи. – Светло-карие глаза вспыхивали тихим весельем при каждом утверждении. – Все это, конечно, не относится к засоренной речи, сформировавшейся от долгого общения с моряками – и с тисте эдур. И эти засорения – вам будет приятно услышать – быстро пропадают.
Йан Товис взглянула на стражницу, стоявшую за спиной монаха, и жестом отправила ее прочь.
– Если вы считаете это шуткой, – сказала она кабалийцу, когда стражница ушла, – то даже краска не помогает.
Глаза блеснули.
– Уверяю вас, я и не думал шутить. Мне сообщили, что ваши лекари не добились успеха. Это так?
– Да.
– А тисте эдур?
– Они… Им неинтересна судьба Варата Тона.
Монах, кивнув, подобрал свободные шелка и бесшумно двинулся к фигуре в углу комнаты.
Варат Тон взвизгнул и начал царапать стены.
Монах остановился, наклонив голову, потом развернулся и спросил Йан Товис:
– Хотите услышать мою оценку?
– Давайте.
– Он безумен.
Она взглянула в пляшущие глазки и вдруг ощутила внезапное желание придушить этого кабалийца.
– И все? – Хриплый вопрос прозвучал как угроза.
– Все? Сумасшествие! Мириады причин; порой результат физического поражения мозга, порой передающиеся от родителей нарушения работы органов, наследственные пороки.
Еще один источник – дисбаланс Десяти Тысяч Телесных Секретов, порча отдельных жидкостей, лихорадочный поцелуй галлюцинации.
– Можете его вылечить?
Монах моргнул:
– А это необходимо?
– Зачем же я посылала за вами? Простите, как ваше имя?
– Имя мое было отброшено, когда я получил нынешний чин в Объединенных сектах Кабала.
– Ясно, и какой чин?
– Старший оценщик.
– И что вы оцениваете?
Выражение лица не изменилось:
– Все, что требует оценки.
