Ты можешь их утихомирить?
Со вздохом она откинула назад голову и закрыла глаза.
– Тоблакай… у тебя будет сколько угодно зрителей, когда ты скрестишь оружие с императором эдур.
– А при чем тут твои ду́хи, Самар Дэв?
– Непонятно? Постараюсь объяснить. В городе, к которому мы приближаемся, есть боги. Местные боги.
– А у них бывает свободное время?
– Они не живут в храмах. И на их домах нет никаких знаков, Карса Орлонг. Хотя они в городе, об этом мало кто знает. Пойми, ду́хи кричат, потому что явились незваными, хуже того, если кто-то из богов захочет отнять у меня духов, я мало что смогу противопоставить.
– Но они же привязаны и ко мне, правда?
Корпус дрогнул – корабль ткнулся в причал. Самар увидела блеск зубов в жестокой улыбке, и по спине пробежал холодок.
– Да что ты об этом знаешь? – спросила она.
– Собирать души – мое проклятие. А что такое ду́хи, как не просто сильные души? Они одолевают меня… Я одолеваю их.
Свечи, что я зажег в твоей аптеке… Ведь в воске были ду́хи?
– Распущенные, потом собранные, да. Я собрала их… когда отослала тебя.
– И заключила их в нож на твоем поясе, – указал Карса. – Скажи, ты чувствуешь две души тоблакаев в моем оружии?
– Да. Нет. То есть я чувствую их, однако не смею приблизиться.
– Почему?
– Они слишком сильны для меня. Они словно огонь, запертый в кремне твоей волей.
– Незапертый, – возразил Карса. – Они живут внутри, потому что таков их выбор, потому что это оружие делает им честь.
Они мои компаньоны, Самар Дэв. – Тоблакай внезапно поднялся на ноги, сгорбившись под потолком. – Если бог по глупости попытается похитить наших духов, я убью его.
Ведьма полуприкрыла глаза. Громкие заявления нередко срывались с губ Карсы Орлонга, и она давно поняла, что все это не пустая похвальба.
– Это было бы не слишком разумно, – сказала она, подумав.
– Бог, лишенный мудрости, получает то, что заслужил.
– Я о другом.
Карса нагнулся, чтобы подобрать мертвую крысу, и шагнул к люку.
Выбравшись на главную палубу, Самар Дэв увидела, что тоблакай, подойдя к капитану, отдал в руки летерийцу мокрую крысу и отвернулся со словами:
– Давайте тали – поднимите моего коня на палубу, и мы уберемся с этой проклятой скорлупки.
За его спиной капитан уставился на грызуна в руках, потом с отвращением бросил трупик за борт.
