А все портится, гниет и дает свой дурной запах. Ну и матросы ихние мыться непривычные. Одежку стирать-то стирают, а чтобы самим помыться, это у них редкость. Вот так с миру по нитке, а потом и дышать нечем. Оно, конечно, получше, чем на их же невольничьих судах, что негров возят, но все одно с нашим не сравнится.
Слушая рассказ матроса, Буров попытался вспомнить, как обстояли дела на русских кораблях. Хм. Получалось, что имелся целый ряд отличий. Так, например, на кораблях отсутствовала солонина. Ее заменяло тушеное мясо, которое хранилось в больших керамических горшках, имеющих керамическую же крышку, которую герметизировали воском.
Правильно приготовленная, такая тушенка могла храниться до двух лет.
При Петре Великом в корабельный рацион входили дорогие фрукты, и цитрусовые в частности. Но его внук решил, что комплектование кладовой корабля таким образом слишком дорого. Да и не хранились фрукты подолгу. А тут можно использовать свое, стоящее копейку и приносящее ничуть не меньшую пользу. Тот же шиповник, в котором никакой экзотики, гниению подвержен не был и полностью был способен заменить цитрусовые.
Но чтобы разнообразить стол моряков, в их рацион добавили клюкву. Эта ягода без особого труда сохраняется в свежем виде в течение года. Нет, понятно, что на кораблях в южных широтах с прохладой не очень. Но уж на время плавания клюквы точно хватит.
Вообще, особенностей на русских кораблях было более чем достаточно. Это и обязательная баня раз в неделю, и отдельная жилая палуба, и наличие в каждом кубрике или каюте иллюминаторов, что позволяло регулярно проветривать помещения, и наличие вентиляции, специально предназначенной для этого и несущей свежий воздух даже в трюмы.
Вот только…
– Это что же получается, на наших кораблях вообще никогда не бывает фруктов?
– Отчего же. Кроме всего прочего, мы и яблочки с собой берем, но из тех, что хранятся подольше, и не так чтобы особо много. А как из Вест-Индии в обратный путь, так берем на борт бананы и апельсины. Но опять же без жадности, чтобы не успели испортиться.
Чего грязь разводить. Да и дураков хватает, нажрется по дурости тухлятины и мается животом, а ты потом за него отдувайся на реях.
– Ясно.
Дальнейший осмотр показал Бурову, что «Джулия» ему определенно не нравится. На редкость загаженное судно, порой приходилось даже нос зажимать. Однако слова матроса, что тут просто грязнули, не позволили поселиться в его душе отвращению ко всем иностранным морякам. Ведь в семье не без урода.
