— Ярина, ее отец хоть как-то помогает тебе? — первый личный вопрос за два года.
— У нее нет отца, — ответила спокойно. — Ульяна только моя.
Сколько раз я посылала документы для развода с Нагорным? Первый год каждый месяц. Электронно через государственные сервисы, на почту и по почте. Что я получала в ответ?
Документы не приняты
Обращение заблокировано
Попробуйте позже
Какая-то ерунда, но ехать в Питер или звонить Нагорному… Нет! Он ведь обещал, что жизни с другим не даст, замуж я не выйду, развода не получу.
Пускай. Когда-нибудь Святослав Игоревич захочет жениться и получить наследника — вот тогда нас разведут по щелчку пальцев. Я подожду. Тем более, мне не срочно."
"Главное, что моя Уля с этим человеком и их семьей не связана. Савицкая Ульяна Владимировна. Я тоже хотела поменять фамилию: сдавала паспорт и заявление на смену в ФМС — получала отказ. Заявляла об утере и вписывала в бланк новую фамилию, а возвращали документ на имя Нагорной Ярины Дмитриевны.
Я не знала, когда Святослав отрастил себе настолько длинные руки, но он реально меня не отпускал.
— Все, малышка, — подхватила Улю, — пора укладываться.
Я кивнула Захару и понесла дочь в прохладу дома. Бабушка Маша на кухне готовилась накрывать на стол к обеду. Вкусно пахло блинами с творогом из печи. Поверить сложно, но здесь до сих пор была деревенская старая печка, в которую ставился большой горшок и укладывались блины с любой начинкой, а потом все заливалось домашним сливочным маслом.
Это было самое вкусное, что я пробовала в жизни, а меня какими только изысками не угощали.
— Десерт потом, — Ульяна тоже почувствовала любимое лакомство. — Сначала тефтелька.
— Давай я покормлю, — бабушка тут же включилась, вытирая руки о передник, — а ты наверх поднимись. Володя звал.
Я поднялась в комнату дедушки: он в последнее время все реже спускался, а менять эту спальню на ту, что на первом этаже, не хотел. Говорил, умру в своей постели.
— Все нормально? — подошла и поправила подушку.
— Помоги подняться, — дедушка протянул мне исхудавшие руки. Вроде и лекарства принимал, и ел неплохо, но возраст брал свое. Его кабинет теперь находился здесь, и когда помогла устроиться в кресле, подставив мягкий пуфик под больную ногу, дедушка достал какую-то бумагу. — Ярина, это… — протянул мне ее, — это дарственная на дом. На тебя.
— В смысле? — непонимающим взглядом пробежалась по документу, заверенному нотариально.
