Звонок повторился, только теперь — более настойчивый.
— Я пойду, взгляну в глазок, — сообщила маме громким шёпотом. — Наверняка это полиция.
Поднявшись из-за стола, направилась на неверных ногах к двери. Предчувствие, которое жило во мне с самого утра, сейчас стало особенно явственным.
«Дима рядом, он здесь», — повторяла я себе, пока шла в прихожую.
Ощущение безопасности то таяло, когда я позволяла страху превалировать над другими эмоциями, то крепло, стоило мне уверить себя, что нам с мамой ничего не угрожает.
— Полиция! — выдохнула с облегчением, взглянув в глазок.
Прямо перед дверью стоял мужчина в форме, за его спиной маячил ещё один. Но где же Швецов? Почему он куда-то исчез, если обещал прямо противоположное?
— Слава богу! — откликнулась мама, и я принялась открывать.
Я знала, что нам предстоит — допросы, расспросы, вопросы… И так по кругу. Знала и была готова к ним. Но не к тому, с чем столкнулась, как только отперла дверь.
— Майор, благодарствую, — раздался голос Карташова, а в дверном проёме появился он сам.
Я тонко вскрикнула и отступила. Ощутила руку мамы, что схватила меня за предплечье и потянула назад. Объятия ужаса окутали меня, парализовали. И лишь только в голове пульсом билась одна-единственная мысль: «Где Дима?».
— Говорят, дорогая, что теперь ты носишь фамилию Швецова? — протянул Кирилл.
Он вошёл, и мне показалось, что всё помещение занято только им. Куда бы я ни бросала испуганные взгляды, всё равно видела Карташова.
— Мы обязательно поговорим об этом. Но не здесь, — сказал он, посмотрев так, что у меня всё похолодело внутри.
И вдруг обернулся и бросил короткий приказ: — Забирайте её.
Я плохо помнила, как мы оказались в огромном доме, в котором я ни разу не была. Сначала меня попыталась защитить мама, но люди Карташова, которых он привёл с собой, отстранили её. Оттеснили, пока она бросалась ко мне и, выкрикивая угрозы, старалась сделать всё, чтобы меня не тронули.
Напрасно. Силы были слишком неравны.
Затем мы долго куда-то ехали, а я, сидя рядом с безмолвным Кириллом, прижатая к его крепкому, источающему смертельную угрозу, телу, боялась сделать лишний вдох.
Всё казалось, что любое моё действие приведёт к чему-то ужасающему, фатальному. Хотя, казалось, куда уж фатальнее?
Едва ли не умирая от ужаса, я позволила выволочь себя из машины и повести к трёхэтажному особняку, который, судя по тому, как долго мы до него добирались, находился далеко за городом.
«Лишь бы только со Швецовым всё было в порядке.
