— Он уже был накрашен, когда ты пришла на собеседование? Кстати, почему вы так долго? Неужели все торговались за твои условия?
— Нет, он согласился на все сразу. Даже не спорил, — словно даже разочарованно отмахнулась Розамунда. — Я долго ждала его, он вел какие-то переговоры по змеевику связи со столицей. Просили подождать. А косметики в начале разговора не было, она стала проявляться к концу. Представляешь мое удивление? — снова расхохоталась Розамунда.
И я следом. Да уж. Значит, точно магические приколы. Дочурки постарались.
Интересно, вместе действовали или по инициативе кого-то одной? Миреллы скорее всего. Надина мне показалась поспокойнее. Впрочем, мне какое дело? Я должна выбросить их из головы.
Но мне не дали этого сделать.
На следующий день Розамунда отправилась на новую работу в графский особняк, а я на фабрику. К большому удивлению, после смены на выходе меня поджидал граф Мармелайд собственной персоной.
— Добрый вечер, Имма. Где бы вы предпочли поговорить — здесь, в кофейне, в экипаже, у себя дома?
— Что-то случилось? — испугалась я, даже не зная за кого — за девочек или за подругу.
"
"— Пока ничего, — усмехнулся граф. — Я желал бы обсудить с вами один вопрос.
Я растерялась и оглянулась. Не хотела, чтобы нас увидели вместе — потом пересудов не оберешься.
Недалеко протекала речка, огибавшая город по западной границе, с благоустроенной набережной. Туда я и повела графа. Сегодня было ветрено и пасмурно, вечером в такую погоду прогуливались единицы, все-таки это не центр города, где располагался чудесный парк для прогулок.
Мы сели на лавочку в конце набережной.
— Я слушаю вас, — ежась от порывистого ветра, обратилась я к графу, который при свете дня выглядел еще хуже, чем вчера в мягком освещении комнаты. Совсем осунулся. Мешки под глазами, уголки губ опущены вниз жесткими складками.
— Я предлагаю вам место гувернантки в моем доме, — сразу перешел к делу граф.
— А что, Розамунда уже все, не справилась? — поразилась я.
— Нет, пока держится. Но это ненадолго.
И мне она не нравится. И детям не нравится…
— Вашим детям никто не нравится, — парировала я.
— Именно. А вы понравились. Вас не удивило, что девочек Розамунде представили одними именами, а вам они представились другими?
— Удивило, — пожала я плечами. — Но это не мое дело…
— Я дал им имена из моего рода: Камилла, Памела, Эллионария. Моей жене не нравились эти имена. Ей вообще мало что нравилось из моего окружения, кроме статуса и денег, — горько усмехнулся граф.
