– Так может подумаем с тобой вместе? – казалось бы невинно предложил жених, но я лишь укоризненно на него посмотрела и сообщила:
– Ты подумаешь в свою пользу! И я даже не смогу тебя в этом упрекнуть!
– Я очень постараюсь быть беспристрастным! – пафосно заверил Мейсон, отчего я стала сомневаться в нём ещё сильнее.
Но всё же я чувствовала себя слегка провинившейся, поэтому решила объясниться:
– Ты же помнишь, что я говорила, что влюблена в другого?
– Конечно, – с напускной серьёзностью подтвердил жених.
Мне снова показалась его реакция подозрительной, но я не понимала, в чём именно его подозревать.
– Я не могу разобраться со своими чувствами. И его я люблю, и ты мне нравишься...
... И я совершенно беспринципная – но этого я уже говорить не стала.
– Тебя уже не смущает, что я стану герцогом? – проворно поинтересовался Мейсон.
– Почти, – уклончиво ответила я, понимая, что сейчас моя тяга к Фёну вышла на первый план.
Но если я хмурилась, обсуждая любовника, то жених почему-то бесстыдно просиял.
Я даже возмутилась, рассмотрев его довольное лицо и с укором спросила:
– Ты меня совершенно не ревнуешь, что ли?
– Ревную! – тут же опомнился он и даже попытался сделать грозное лицо, но у него почему-то не вышло. В итоге он решил сменить позицию и пояснить: – Знаешь, ты сейчас ещё не моя, я пытаюсь в каком-то смысле отбить тебя у другого. Так что какие я могу предъявлять претензии? Вот когда поженимся, тогда да, я буду очень сильно тебя ревновать.
– Если, – дотошно поправила я. – Если поженимся. Ты обещал, что примешь мой отказ.
– Эсси, – вдруг обратился ко мне Мейсон совершенно с другой интонацией, от которой у меня по спине побежали мурашки. – Я верю, что мысли и слова материальны. Позволь мне говорить ""когда""?
И зачем-то, видимо, чтоб аргументы показались сильнее, приподнял мою ладонь и оставил на тыльной стороне чувственный поцелуй. Один. Второй… Третий на запястье. И следовал всё дальше, подбираясь к моему плечу.
– Ты совершенно. Не помогаешь. Думать! – с трудом выдыхая каждое слово посетовала я.
– Прости, – ничуть не усовестился Мейсон. – От тебя я просто теряю голову.
Надо признать, правило работало и в другую сторону. У меня не осталось ни одной связной мысли. Зато жених, будто из вредности, спросил:
– Так в чём он лучше меня?
Хотелось ответить, что ни в чём – меня одинаково сводили с ума оба. Но я посчитала за лучшее замолчать.
