Вряд ли он способен видеть в ней кого-то, кроме надоедливой младшей сестры.
– Зачем ты тогда взял ее в свою команду?
– Марса позлить."
"Я ошарашенно застыла:
– Вы же с ней друзья…
– Условно.
Каждый раз, когда он так говорил, Бланж напоминал безумный аттракцион. Вроде к нему привыкнешь, и уже от его выходок даже почти не трясет, а потом он подбрасывает тебя в воздух и отворачивается, не поймав.
– Из чего сделано твое сердце, а Бланж? – поморщилась я. – Из песка и металла? Из колючей проволоки и гвоздей?
Он рассмеялся:
– Жаки, милая Жаки, как же ты до сих пор не поняла, что у меня его вообще нет? Об этом даже в газетах пишут.
– Как можно быть таким, а? Она ведь еще совсем девчонка! – Я не стала уточнять, что сама была не старше, а меня он втянул в игру куда более опасную.
Внутри бурлил целый вулкан. И ярче всего в нем плескалась злость. Даже не на него. На себя – за то, что все время пыталась обелить его, придумывая то, чего никогда не было.
Нет, я всегда знала, что вся его жизнь – сплошная игра.
Причем отличная. Я же была простой, как четвертак. Не было во мне ни расчетливости, ни стервозности, ни острых зубов. Я не умела хитрить, и бороться бы никогда не стала. Кэсси была права. Я неконкурентная. Все, что мне нужно, – лишь пара рук, которые будут меня обнимать и любить просто за то, какая я есть. И руки, в которых я находилась в данный момент, были совсем не те.
Я резко отстранилась. Лишь бы не танцевать с ним. Лил не была мне подругой, да даже хорошей знакомой не была, но я не могла отрицать, что такая вещь, как женская солидарность, вдруг заиграла во мне совершенно иными красками.
Заметив это, Бланж раздраженно выдохнул.
– Говори уже, – обреченно произнес он. – Опять вопросы?
Вопросов нет. Разве что единственный, до сих пор не дававший мне покоя. Задать который я не решалась до сих пор ни разу, а вот сейчас поняла, что хочу знать ответ.
– Пенни за правду, – уверенно произнесла я. – Что ты выиграл тогда?
Бланж непонимающе нахмурил брови. Ну конечно. Когда на твоих невидимых глазу полках такое количество трофеев, разве заметишь еще один – совсем блеклый, по имени Жаклин?
– Что ты выиграл в том глупом споре?
Он опустил глаза.
Набрал в грудь воздуха, словно пытаясь потянуть время:
– Почему ты вспомнила об этом сейчас?
– И ты еще спрашиваешь? После всего, что сделал?
– Завязывай, Жак, – в ответ разозлился Бланж. – Неужели одной глупости оказалось достаточно, чтобы составить обо мне мнение?
– Глупости?
– То есть… – Он потер лицо.
