– Я не это имел в виду.
– Я поняла. Не забивай глупостями голову, – ответила я и молча ушла.
Благо бабуля со школы приучила, собираясь на вечеринку, прятать в кармане пару десяток на такси – на всякий случай. Не придется искать кого-то, кто сможет тебя подбросить. А мне в моем положении вообще ни с кем здесь не хотелось разговаривать.
– Жак, – раздался позади голос. – Ну послушай, Жак…
Но я так и не обернулась.
Выскочила на улицу, мелькающую огнями, и села в первую попавшуюся машину такси.
На Финикс давно опустилась ночь.
Дорога до «Святого моря» была почти пуста. Водитель молчал, а я глядела в окно, злясь. Даже не на него. На себя. За то, что не могла вернуть прежнюю Жаклин, которая Бланжа презирала. Потому что, как ни старалась, все равно попадала в ту же самую ловушку. Время – отличный помощник, чтобы стереть чужие ошибки. Особенно когда день за днем проходит бок о бок.
Машина затормозила. В здании было темно. Свет в окнах не горел – значит, никто, кроме меня, еще не вернулся. Поблагодарив водителя и захлопнув дверь, я сделала шаг и замерла, потому что Бланж ждал меня у дороги.
Он стоял, опершись на мотоцикл, глядя куда-то себе под ноги. Выражение лица – жесткое и серьезное. Губы сжаты, плечи напряжены: это было заметно даже сквозь свободную толстовку.
– Еще раз уедешь вот так, никому не сказав куда и не предупредив, – узнаешь, что такое, когда я по-настоящему злюсь, ясно? – сказал он.
Я же, не желая с ним говорить и не поднимая глаз, сверлила взглядом носы его кроссовок.
– Жак, тебе ясно?
Я задержала на нем взгляд.
Его нахмуренные брови отбрасывали такие густые тени, что казалось, под ними и глаз нет – просто темнота.
– Ясно, – пробурчала я.
Он подошел ближе. Его седая прядь всколыхнулась, подхваченная ветром. А потом вокруг меня обвились горячие руки. Я закрыла глаза, почувствовав тепло и выдох в висок.
– Прости, – прошептал Бланж. – Я иногда веду себя как идиот. С этим спором вышло так же, как вечно выходит с Марсом. Как будто, когда он рядом, я не могу не принять вызов.
– Это правда было низко.
Я так и застыла вполоборота, словно не веря в происходящее. Бланж никогда не извинялся. Ни перед кем, даже в самых смелых мечтах.
– Ну скажи что-нибудь.
Что сказать? «Не бери в голову?» Нет уж, пусть берет.
«Я никогда тебя не прощу?» Глупо, учитывая, что у нас обоих на безымянных пальцах кольца. Пусть и фиктивные, но все же.
– Жак…
И я ответила:
– Идем домой.
Глава 20. Сагуаро
Марс побеждает в «Рейсвей». Бланж отстает на восемь очков.
