Покрытая шрамами и следами пороховых ожогов. По этой руке так же ясно читалось его ремесло, как и по ее бледной руке с длинными пальцами со следами въевшихся чернил. Пальцы иллюстратора. Пальцы воина. Его жизнь полнилась приключениями, тогда как в ее жизни не было ни одного.
Капитан прижал ее ладонь к мягкой от многочисленных стирок льняной рубашке. Под тканью оказалась впечатляющая твердь. Стальная стена из мышц. Только не холодная, как сталь, а теплая.
Живая.
Настоящая.
– Я не привидение, сердце мое. Я обычный человек.
Мужчина из плоти и крови.
Сердце мое.
Капитан часто повторял это выражение. Но два этих слова – нежные слова любви – в его устах звучали совсем не ласково. Его будто переполнял гнев. Так мог говорить лишь тот, кто вырвал из груди собственное сердце и похоронил его в холодной сырой земле. И сделал это давно. Так давно, что и забыл, что у него когда-то было сердце.
Не отпуская ее руки, капитан свободной рукой отвернул лацкан мундира. Из нагрудного кармана торчал край пожелтевшего листка.
Мэдди узнала почерк на конверте. Это был ее почерк.
– Я получал твои письма, детка.
Да поможет ей Бог. Он знает.
Он знает, что она лгала. Он знает все.
И он здесь, чтобы заставить ее платить по счетам.
– Тетя Тея, – прошептала Мэдди. – Похоже, мне все-таки понадобится поссет.
«Вот, значит, какая она – эта девушка», – подумал Логан.
Наконец-то она попалась ему в лапы. Мэдлин Элоиза Грейсчерч. По ее же собственным словам, другой такой не сыскать во всей Англии.
Но ведь она сейчас и не в Англии.
И, судя по тому, как она побледнела, ей вот-вот может настать конец. Дышит ли она?
Логан решил это проверить, крепко стиснув ее руку. И щеки ее порозовели.
Так-то лучше."
"По правде говоря, у него и самого дыхание сперло. Из-за нее, этой девчонки. Он немало времени провел, гадая о том, какая она из себя. Слишком много времени он думал о ней. Она отправляла ему в каждом письме рисунки каких-то жуков, грибов и мотыльков, но ни разу не прислала своего портрета.
Но, видит бог, Мэдди оказалась премиленькой. Гораздо симпатичнее, чем можно было подумать по ее письмам. И еще она была меньше, чем он себе представлял. Маленькая, изящная и хрупкая.
– Итак, – сказала Мэдди, – это значит, что вы…
И язык у нее куда хуже подвешен, чем можно было подумать.
Логан перевел взгляд на тетю, которая отчего-то оказалась в точности такой, какой он ее себе представлял. Узкая в плечах, с бегающим взглядом, на голове тюрбан цвета шафрана.
