Приближается медленно, будто опасаясь спугнуть, поднимает руку и поправляет мне за ухо прядь волос.
– Думаю, будет справедливо, если я тоже что-нибудь выберу из того списка. Все же предложения были озвучены для меня.
Он сжимает ладонь, проводит костяшками пальцев по моей щеке. И все это под неразрывный контакт наших глаз.
Он как будто хочет что-то увидеть в моих. И хмурится, что этого нет.
Опускает руку.
– Не откажусь от хорошего массажа, – озвучивает свое решение.
– Зачем тебе это, Тимур?
– Почему бы и нет? Массажисток на дом я вызывать не хочу, работы предстоит еще много.
– Нет, не то. К чему это все? Зачем ты делаешь вид, что тебя действительно интересует массаж, если понятно, что из этого скудного набора любой бы выбрал минет?
– Осторожней со словами, Аня, – предупреждает он холодно. – Иначе я решу, что ты выдаешь свои желания за мои и, как знать, возможно, пойду тебе в этом навстречу.
Мой взгляд опускается в пол.
Дорогой ламинат, но колени будут болеть не меньше, чем от дешевого.
Может быть, сейчас, в эту секунду, он представляет, как я уже опускаюсь на пол, расстегиваю на его брюках ремень…
– А разве я не права? – поспешно перевожу взгляд на него. – Ресторан, кофе, массаж… Я не понимаю, для чего ты это делаешь. Разве цель этой сделки не в том, чтобы поскорее уложить меня на лопатки? Так чего же ты тянешь?
Мгновенье – и он прижимает меня к стене.
Упирается руками по обе стороны, не давая возможности ни отступить, ни даже пошевелиться."
"– Это последнее предупреждение насчет того, что тебе нужно было лучше изучать условия сделки, – его голос, как и взгляд, действует как холодная плеть, которая надо мной зависает.
– Если я захочу кого-нибудь уложить на лопатки, я сделаю это в зале. И так, чтобы ты понимала: это не самая моя любимая поза, поэтому я бы сильно на нее не рассчитывал. Еще есть вопросы?
Да, лучше смолчать.
Наверное, лучше.
Но с ним, как всегда, логика летит к черту, прихватив с собой и инстинкт самосохранения.
– Зачем тебе я? У тебя есть твоя Виталина – кажется, она от тебя без ума. Даже если она тебе надоела, я уверена, любая с радостью согласилась бы оказаться на моем месте. И тебе не пришлось бы оттягивать ни с минетом, ни с любимыми позами.
– Любая? – повторяет задумчиво он. – Если любая, то и с тобой проблем не возникнет, не так ли?
Нет, не так.
У меня изначально другие условия.
Жесткий взгляд замирает на моих губах, и я задерживаю дыхание.
