С хриплым собственным стоном, который я слышу, потому что Тимур отстраняется, освобождая мои губы из плена своих. Опустив взгляд, я вижу, как он водит ладонью по своему члену.
Жилистые руки…
Завороженно слежу, как уверенно они двигаются.
И мне позволяют смотреть. Мне кажется, ему нравится, как я смотрю на него, потому что его движения становятся резче. А потом Тимур зарывается пальцами в мои волосы, приближает мое лицо к своему, позволяет вновь рассмотреть темноту в его взгляде и целует меня. Передавая в мои губы свой полустон-полухрип удовольствия.
"
"Глава 35. Анита, настоящее
Мой взгляд цепляется за туфельку, которая неуклюже лежит возле душевой кабины. Медленно переползает на вторую – уже у двери.
Понятия не имею: они соскочили с ног сами, с посторонней помощью или от них избавилась я?
Взгляд переползает на душевую кабинку с запотевшими стеклами, а потом все же перебирается на Тимура. Ничуть не стесняясь своей наготы, он размашисто вытирает голову полотенцем. Цепочка на его груди вздрагивает, мышцы перекатываются, напрягается пресс.
Обернувшись, он ловит мой взгляд, и мне кажется, в его глазах я вижу свое отражение.
Растерянная, с искусанными губами, растрепанными из-за него волосами, с которых капают крупные капли.
Откинув полотенце, он подхватывает с крючка второе и набрасывает его мне на плечи. Махровая ткань впитывает влагу, а дымчатый взгляд – мои тревожные мысли, заменяя их новыми. Опускаю полотенце ниже, прикрывая обнаженное тело.
– Подними ногу.
Не понимая зачем, делаю, как он хочет.
Его пальцы начинают стягивать мокрый чулок, и, чтобы не упасть, я хватаюсь за его плечи.
– Заметила? Ты могла упереться руками в раковину или в тумбу, но подсознательно выбираешь меня.
От его слов в ванной становится еще более душно. Но когда он отбрасывает один чулок, я не выбираю другую опору и все равно держусь за него. Правда, от его взгляда постоянно хочется спрятаться. Когда он выходит из ванной, облегченно выдыхаю. Обмотавшись полотенцем, поднимаю свои трусики, беру чулки.
– Вряд ли они сегодня тебе пригодятся, – раздается у меня за спиной голос Тимура.
Обернувшись, вижу, что он уже в домашних штанах, в руках белая мужская футболка.
– Тебе же нравилось в них ходить, – поясняет он, заметив мой вопросительный взгляд.
– Ты же сам говорил, что не стоит примерять на себя чужой образ.
Его бровь приподнимает вверх, и я уже думаю, что он и не вспомнит. Прошло столько лет…
– Тогда дело было не только в платье, которое не подходило тебе.
