– Александр, – представляется он, продолжая меня рассматривать.
– Это Анита, мой личный помощник, – отвечает Тимур, и я тут же перевожу взгляд на него.
Меня поражает не то, что он не дает мне возможности самой назвать свое имя. А то, как именно он меня представляет.
– Что-то закажешь? – Тимур спокойно встречает мой взгляд. – Или и сейчас доверишься моему вкусу?
Так как я не проявляю интереса к меню, он открывает его. Едва взглянув на пару страниц, передает официанту, который тихо вошел в кабинет почти следом за нами, но стоял тенью в углу.
Тимур и Александр делают заказ и обмениваются обычными фразами двух приятелей, пока кабинет не пустеет. А вот потом напускное слетает, и я понимаю цель этой встречи. Тимур пытается пробить почву, как сделать так, чтобы разрешение на застройку нового лакомого кусочка закрепилось за ним, и как можно скорее. Александр вроде бы имеет выходы на каких-то нужных людей, но сомневается, что стоит в это ввязываться.
Они настолько увлекаются, что на меня перестают обращать внимание, и я незаметно освобождаюсь от туфель.
Ноющая боль отступает. Отвыкла от неудобной обуви, кожа разнежилась. Или надо постараться и припомнить, откуда у меня эта пара, – может, опять чей-то подарок по случаю.
– Попробуй, это довольно вкусно, – предлагает Тимур, когда приносят заказ.
Я не планирую есть. Ровно до тех пор, пока не замечаю перед собой утиное филе с… судя по всему, с карамелизированными персиками. Аромат блюда настолько приятный, что я беру вилку раньше, чем успеваю отговорить себя.
Тимур наливает в мой бокал вино, и я опять не отказываюсь. Несколько глотков явно не помешают, может быть, мне удастся чуть приглушить свое спонтанное раздражение.
Спустя бокал я понимаю, что решение было ошибочным. Если до этого раздражение тихо кипело внутри, то сейчас оно жаждет, буквально требует выхода. Особенно когда я начинаю все чаще ловить на себе взгляды этого Александра.
И нет, его интересуют отнюдь не глаза. Декольте, которое явно кажется слишком скромным, потому что его взгляд постоянно спотыкается о третью пуговицу, которую так долго сегодня мучил Тимур в своем кабинете.
"
"Стоит вспомнить об этом, как раздражение достигает таких оборотов, что рождает одну гениальную идею. И, собственно, почему нет? Я же личный помощник. Я же должна как-то помочь своему генеральному, а Александр вот что-то упрямится, не соглашается с его доводами, говорит, что нужно подумать.
Второй бокал приходится как нельзя кстати.
