Макс, все так же осторожно, начал двигаться вновь, давая почувствовать каждое проникновение, каждый отголосок того, что ощущал и он.
Удовольствие нарастало. Оно было подобно лавине, которая должна была рано или поздно накрыть обоих.
— Маааакс, — выдохнула я, чувствуя новое приближение оргазма.
— Я… скоро, — сказал он.
Такую знакомую до боли фразу, от которой все внутри скрутило новыми спазмами наслаждения.
Я откинула голову назад, вновь ощущая, как сжимаю бывшего мужа собой. И он кончил следом, ворвавшись в меня в последний раз и замерев так.
Это было до безумия сладко и так необходимо, что у меня прошла дрожь по телу. Я смотрела на искаженное от удовольствия лицо Макса и понимала, что он сейчас получает наслаждение именно со мной. А не с кем-то другим.
— Если бы этого не случилось, я бы с ума сошел, — сказал Фролов, выйдя из меня и устроившись рядом.
Одну руку он подложил мне под голову, второй — потащил простыню и накрыл меня. Прижал к себе и почти мгновенно провалился в сон.
Я же не смыкала глаз, полностью погруженная в то, что случилось.
Но чувствовала то же, что и бывший муж.
Если бы этого не случилось (и речь сейчас шла вовсе не о сексе), наверно, я бы просто сошла с ума.
Часть двадцать вторая. Макс
То, что произошло между мной и Ксю, давало самое главное — надежду. Потому что я понимал, этот секс для нее — не только физическая потребность. Это первые робкие признаки доверия. Которое я должен был сохранить и укрепить любой ценой.
Никто из нас следующим утром не задал вопроса «а что дальше?».
Казалось, было достаточно того, что имели сейчас. А заглядывать куда-то далеко сейчас было даже попросту страшно. Да и незачем. На данный момент я с трудом завоевал право просто находиться рядом с женщиной, которую люблю, и собирался этим воспользоваться по полной.
Хотя работу, увы, тоже никто не отменял. Как и необходимость возвращаться обратно.
— Не хочется уезжать, — призналась Ксю негромко, когда мы сидели в самолете, готовясь ко взлету.
— Мне тоже, — откликнулся я.
— Но где бы мы ни были, Ксю, главное, что мы есть друг у друга. Запомни это.
Она рассеянно кивнула, наблюдая за тем, как самолет разгоняется по взлетной полосе. А я смотрел на нее, думая обо всем том, что должен сделать по возвращении. И прежде всего — разобраться с Ксенией, воображающей, что может безнаказанно вмешиваться в мою жизнь и трепать нервы Ксю. И сделать это все же было лучше лично. Чем я и намерен был заняться в первую очередь. Хотя нет, все же во вторую.
