— Вон те, — Даша кивком головы указала на стоящую в углу пару шлепанцев. — Давай, мам, снимай туфли, переобувайся. Ну давай же, пьянь ты бестолковая!
В ней кипели злость и раздражение. Вот-вот появится подружка и застанет такую неприглядную сцену: ее мать подобрал пьяную в метро и привел домой посторонний человек. Стыдобища!
Мать послушно переобулась, в сопровождении Даши и незнакомца дошла до своего дивана и рухнула на него. Мужчина заботливо укрыл ее пледом и погладил по плечу.
— Поспите, Лиза.
Вам сейчас нужно очень много спать. Проснетесь — и поймете, что все хорошо. Я вам обещаю.
— Да что вы с ней цацкаетесь! — вспыхнула Даша. — Со мной бы кто-нибудь так возился, как с этой алкоголичкой!
— Тише, — мужчина осторожно взял Дашу за руку. — Давай выйдем на кухню.
На кухне Даша собралась было сесть за стол с вызывающим видом, но мужчина сказал:
— Сделай маме чай.
— Рассол ей нужен, а не чай, — огрызнулась она.
— Как тебя зовут?
— Даша.
— А меня — Кирилл.
Так вот, Даша, твоя мама не пьяна. У нее депрессия.
— Ага, знаю я эту депрессию.
— Даша, твоя мама пыталась броситься в метро под поезд.
— Что?!
Она выронила пакет с заваркой, которая рассыпалась по всему полу. Руки задрожали, ноги стали ватными.
— Что вы сказали? — переспросила она.
— Твоя мама пыталась покончить с собой, — тихо повторил Кирилл. — Хорошо, что я стоял совсем рядом. Я наблюдал за ней, поэтому вовремя среагировал.
— Вы наблюдали? Зачем?
— Просто заметил, какое у нее лицо, и забеспокоился.
Я знаю, какие лица бывают у тех, кто решил, что больше не хочет жить.
— Господи… мама… — пробормотала Даша. — Как же это? Почему?
— Ну, это тебе видней, я вашей жизни не знаю, — пожал плечами Кирилл. — Я удержал ее, не дал спрыгнуть на рельсы перед поездом, постарался успокоить, привел домой. И теперь мне хотелось бы, чтобы ты с пониманием отнеслась к тому, что произошло, и не оставляла маму одну. Я так понял, ты куда-то собиралась?
— Ну да, на дискотеку.
— Тебе придется остаться дома, — твердо произнес он.
— Да это понятно, — вздохнула Даша. — Кошмар какой-то.
Тренькнул дверной звонок, пришла подружка. Даша вышла в прихожую, открыла дверь и объявила, что никуда идти не может — мать заболела.
— Да брось ты, — прощебетала подружка, скорчив недовольную гримаску, — у тебя же брат дома, пусть за матерью поухаживает. Что он, лекарство ей дать не сможет? Он же большой уже.
