Они дрожат и, едва удерживая себя на ногах, скулят, что они больше никогда не возьмутся за оружие и не сунутся в мои земли.
— Расслабьтесь, — снисходительно говорю я. — Я отпущу вас. Но только для того, чтобы вы рассказали всем остальным, что грабить Ночной Пик или Шпиль Теней — дело очень-очень-очень невыгодное. Надеюсь, вы справитесь с этим поручением.
Они кивают так рьяно, что кажется, головы сейчас оторвутся. Через мгновение оба бегут, не оглядываясь, а я лишь вздыхаю. Ладно, пускай разбегаются. Как-то же должны остальные разбойники узнать обо мне.
Гвардейцы проверяют припасы лагеря — жалкие остатки, какие-то сухари, немного просроченной тушёнки и пара заплесневелых колбас. Полный провал. Жадные, жадные, очень жадные разбойники! Ни нормальной стали, ни ценных амулетов. Что же за скряги такие?
Но зато есть кое-что другое — целых двадцать шестилапок! Это уже серьёзный актив в этом мире. Такие «лошадки» стоят немалых денег.
«Ну что ж, бурогривовые, поедете в Шпиль Теней, пополните мои конюшни и, может, пригодитесь.
Ну или продадим, тоже вариант»."
"Я поручаю паре гвардейцев перегнать животных в Шпиль Теней, а сам возвращаюсь к остальным.
— Эй, смотри, что нашла! — Светка радостно выбегает из одной из уцелевших палаток и тут же водружает себе на голову что-то блестящее. Я прищуриваюсь — серебряная диадема, без драгоценных камней, но все равно симпатичная. Загадка, откуда она только взялась у разбойников.
— О, да ты прямо королева, — ухмыляюсь я, разглядывая её в новом амплуа.
Светка гордо выпячивает грудь и делает вид, что не замечает, как её наставница Кострица едва сдерживает фырканье.
— Ага, только у меня королевство маленькое, — отвечает Светка, делая изящный реверанс. — Зато красивое! — добавляет она и щеголяет туда-сюда передо мной, будто модель на подиуме.
— Да, да, — качаю головой. — Гуляй, развлекайся, королева. Только не растеряй свою корону. В лесу таких больше не растёт.
Время дорого, и уже через полчаса отправляемся в путь.
Дорога становится всё сложнее и извилистее. Склоны обрываются в глубокие пропасти, а грунтовые серпантины петляют между скал, словно кто-то нарочно старался запутать направление.
Только на следующий день, продравшись через особенно суровый перевал, наконец натыкаемся на первую группу снежных людей. Я замечаю их ещё издали — силуэты, укутанные в белые меха, движутся среди скал, сливаясь с заснеженным ландшафтом, словно часть природы.
