– А что, Конфуций и про следователя что-то умное говорил? Или про адвоката?
– Он сказал про одного из своих учеников: «Он не помощник мне; во всех моих речах он находит удовольствие». А Конфуцию не нужны были рядом те, кто находит правильным все то, что он говорит, ему нужны были оппоненты и критики, это позволяло ему оттачивать собственные аргументы и делать их более убедительными. Так что от вашего несговорчивого следователя должно быть много пользы.
– Не знаю, – задумчиво протянул адвокат, – не знаю. Мне кажется, она меня просто ненавидит, и все ее возражения продиктованы не профессиональными соображениями, а личной неприязнью.
– За что же ей вас ненавидеть? Вы чем-то ее обидели?
Марго показалось, что в глазах Киргана мелькнуло раскаяние или сожаление. Но он ничего не пояснил и не рассказал, просто пожал плечами:
– Да она такая, она всех адвокатов ненавидит, как и любой следователь, впрочем. И здесь ничего нельзя изменить.
– А вот тут вы ошибаетесь. – Марго лукаво посмотрела на адвоката.
– Изменить можно любого человека.
– Ну нет, – рассмеялся Виталий, – только не Надежду Игоревну. Бой-баба, кремень, непробиваемая абсолютно.
– Она что, невероятно умна? – спросила Маргарита Михайловна.
– Да нет, я бы не сказал. Обыкновенная.
– Тогда, наверное, она круглая дура, – с усмешкой предположила Марго.
– Вот это уж точно нет, – горячо возразил адвокат. – Я же говорю – обыкновенная.
– Тогда она может перемениться. Конфуций говорил: «Лишь самые умные и самые глупые не могут измениться».
По глазам Киргана она поняла, что цитирование Конфуция ему изрядно поднадоело. Ничего, перетерпит. Все равно Марго Усольцева будет приводить слова своего любимого мудреца, даже если кто-то будет думать, что они не к месту. Практика показывает, что рано или поздно умные мысли достигают нужных ушей, надо только не лениться эти мысли озвучивать и не обращать внимания на то, что над тобой посмеиваются. Да и пусть посмеиваются. Потом сами же спасибо скажут.
– Борис Леонидович, Наташа просила ей погадать.
Это делается заочно? У меня есть фотография.
Райнер поморщился, словно съел что-то горько-кислое.
– Ну что вы из меня гадалку делаете, право слово! Сколько раз я объяснял…
– Боренька, – тихо проговорила Марго, ласково погладив его по руке, – не отказывай. Наташе нужно утешение, разве ты не понимаешь? От тебя никто не ждет пророчеств и каких-то невероятных прозрений, нужно просто передать ей какие-то слова, которые ее поддержат.
