Эдди расскажет о ней Мамаше, и она пустит Слима по нашим следам.
— Закройся! — закричал Рили.
Джонни выпрямился.
— О чем вы? Слим? Он ведь не участвует в игре, нет?
— По дороге мы напоролись на Эдди Шульца. Он видел девочку и, конечно, сообщил о ней Мамаше Гриссон.
— Если Слим участвует в игре, я этим больше не занимаюсь, — заявил Джонни, снова делая шаг к ружьям.
Рили вытащил свой пистолет.
— Оставь свой тромбон в покое! Слим Гриссон меня не пугает. Он нам не станет мешать!
— Слим — это отрава.
— Джонни был зол на всех троих. — Всех остальных я хорошо знаю. В вас хоть что-то хорошее есть. Ну а в Слиме нет ничего. Он протух до мозга костей.
— Он тронутый, этот парень, — заметил Рили.
— Возможно, но он — убийца. Орудует ножом. А я не терплю типов, которые пользуются ножами.
— Оставь это, — сказал Рили. — Лучше поедим.
Сэм разложил рагу по тарелкам.
— Эта еда пахнет кошками, — объявил он. И вылил добрую порцию напитка в свою тарелку. — Отнесу это малышке.
Ей тоже надо поесть.
Мисс Блэндиш сидела на краю кровати. Было видно, что она плакала. Когда вошел Сэм, она подняла глаза.
— Вот, возьмите, это отвлечет вас немного. — Он старался выглядеть веселым. — Вы почувствуете себя лучше, когда немного поедите.
Запах несвежего мяса вызвал у мисс Блэндиш приступ тошноты.
— Нет… спасибо… Я не смогла бы…
— Немного пахнет, — согласился Сэм. — Но все же это съедобно. — Он поставил тарелку, посмотрел на матрац и покачал головой.
— Вы не привыкли к подобным вещам, а? Я постараюсь найти какую-нибудь покрышку.
— Спасибо. — Она немного поколебалась, потом снова заговорила. — Вы не хотите помочь мне? Если бы вы позвонили моему отцу и сказали, где я нахожусь, вы получили бы большое вознаграждение. Я вас умоляю, помогите мне!
— Я не могу, — запротестовал Сэм, пятясь к двери. — Я слишком стар для таких вещей. Эти типы внизу чертовски свирепые. Я ничего не могу сделать для вас. — Он вышел из комнаты и прикрыл за собой дверь.
Рили и Бели поглощали еду, и Сэм присоединился к ним. Покончив с этим, Рили встал.
— Никогда в жизни не ел такой дряни, — заявил он. Потом посмотрел на свои часы: было девять. — Пожалуй, будет неплохо, если я позвоню Анне. Она, вероятно, беспокоится, не случилось ли чего-нибудь со мной.
Рили набрал номер и услышал голос Анны.
— Салют, цыпленочек! Это Франк!
— Франк! — Анна говорила так громко, что все слышали ее.
