— Все в порядке, Фрэнк, — быстро сказала Ева. — Мистера Холмана ждут. — Она повернулась ко мне с умоляющим выражением во взоре. — Проходите же, мистер Холман. И пожалуйста, прошу вас, не ведите себя слишком бесцеремонно с Рэем! Потому что, несмотря на внешнюю непроницаемость, Рэй необыкновенно ранимый человек!
— Хотелось бы, чтобы и вы были такой, — печально произнес я.
Пакстон стоял внутри фургона перед огромным, во всю стену, зеркалом. Боксерские шорты, в одной руке — сигарета, в другой — бокал шампанского. Он был чуть выше среднего роста, но из-за широких плеч и мощной грудной клетки казался немного ниже, чем на самом деле.
Блестящие черные волосы доходили ему почти до плеч, слегка завиваясь на концах. Роскошные черные усы, такие же густые, как и волосы, могли бы вызвать зависть у самого Панчо Виллы. Глубоко посаженные серые глаза горели внутренним огнем. Казалось, вокруг все пропитано духом его самоуверенности и самодовольства.
У меня сразу возникло чувство, что он считает весь мир таким, каким предпочитает его видеть, и горе тому, кто осмелится нарушить эту созданную его воображением идиллическую картину.
— Рад, что вы пришли, Холман, — произнес он. В голосе звучали небрежные, покровительственные нотки. — Хотите выпить?
— Нет, благодарю вас.
— Я никогда не пью ничего, кроме шампанского. — Он с видимым удовлетворением обратил свой взор на медленно поднимавшиеся со дна бокала пузырьки. — После него не испытываешь никаких неприятных ощущений.
— Этот Фрэнк, — начал я, — эта горилла, там, снаружи… Вам что, необходим телохранитель, даже когда вы работаете здесь, в звездной Студии?
— Мой единственный кумир — право на уединение, — усмехнулся Пакстон.
— Как-то раз мой психоаналитик счел, что это мне как раз противопоказано, но я послал его к чертям! Если у меня отнять возможность уединения, то я, пожалуй, ударюсь в онанизм или еще во что-нибудь похуже.
— Для этого вы и пригласили меня? — спросил я удивленно. — Чтобы потрепаться со мной часок-другой о тех проблемах, которые возникают между вами и вашим психоаналитиком?
— Я хочу, чтобы вы нашли одну девушку по имени Кармен Коленсо, — разозлился он.
— Сегодня утром она сбежала из частного санатория. И проделать это надо будет со всей аккуратностью, Холман. Я вовсе не желаю огласки, и уж во всяком случае, что бы там ни стряслось, вы не должны привлекать к этому делу полицию!
— Пожалуй, теперь я выпью чего-нибудь, — отреагировал я. — Судя по вашему тону, дальше будет еще хуже.
— Угощайтесь.
