Она долго любовалась садом, а потом повернулась и встретилась глазами с Джоном.
— Подойди и сядь рядом.
Он сел лицом к ней и стал ждать.
— Я жила во лжи. Ты думал, что я любила твоего брата, Френсиса, и я позволяла тебе так думать. Но это неправда — я его ненавидела.
Джон сдвинул темные брови.
— Ненавидела?
— О, не с самого начала.
— Я знаю, что он сделал тебе предложение, — спокойно сказал Джон.
— И не один раз, и хотя это было бы для матушки самой приятной новостью на свете, я всегда отказывала ему и ясно давала понять, что я его не люблю.
Мне хотелось избавиться от него и от Лондона, и я поехала в Кимболтон на день рождения моей сестры Сьюзен. Без моего ведома близкие устроили нам с Френсисом свидание.
Джорджина замялась, и Джон благоразумно промолчал, надеясь, что она продолжит.
— Я старалась вести себя любезно, чтобы не портить праздник Сьюзен, и обрадовалась, когда наступила полночь и я смогла уйти к себе. Едва я разделась, Френсис вошел в мою комнату и запер дверь. Он сказал, что ключ ему дал Манчестер.
— Она замолчала и глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. — Френсис попытался овладеть мною насильно. Я ударила его коленом в пах или в живот — сейчас уже точно не помню. От боли он скатился на ковер… Знаю только, что отчаянно отбивалась от него. Мое сопротивление привело его в ярость. Когда он встал и пошел на меня, я ударила его бутылкой и как была — голая убежала из Кимболтона.
— Негодяй!
Джон, охваченный отвращением к Френсису, обнял жену.
— Наш кучер отвез меня к сестре Луизе, в Суффолк.
Вскоре приехала маменька с ужасным сообщением, что Френсис умер. Я чувствовала себя виноватой, потому что его смерть была вызвана повреждением, которое причинил ему мой удар.
— Повреждение, которое привело к его смерти, он получил в постели своей шлюхи Молли Хилл, — сказал Джон сквозь стиснутые зубы.
— Я ненавидела Френсиса, потому что Луиза рассказала мне, что он поступил с ней точно так же. Но я никогда не желала ему смерти, Джон: Когда мама настояла на том, чтобы я носила траур по Френсису, я ничего ей не сказала и надела траур, зная, что из-за этого смогу некоторое время не фигурировать на ярмарке невест.
Джорджина тихонько заплакала, и Джон принялся ее утешать.
— Не нужно, любимая, не нужно. Он не стоит твоих слез.
— Я знала, что вы любили брата и оплакивали, и после того как мы с вами обвенчались, я притворялась, что испытываю к нему такие же чувства. Это было очень плохо с моей стороны — так обманывать вас.
Джон тихонько рассмеялся.
