"
"У Тома Понда была итальянская гоночная машина ценой тысяч в сорок. Она больше походила на автомобиль-конструктор, а звук издавала, как газонокосилка. В последний раз так близко к земле Ребус сидел, когда поскользнулся на льду и упал на задницу у своего дома.
— У меня три слабости, инспектор: быстрые машины, догадливые женщины и недогадливые клиенты. — И он снова рассмеялся.
— Если ты не сбросишь скорость, сынок, — возвысил голос Ребус, перекрикивая вой мотора, — я сам тебя оштрафую за превышение скорости!
Понд кинул на него обиженный взгляд, но педаль газа приотпустил.
В конечном счете разве он всем им не оказывал услугу?
— Спасибо, — снизошел Ребус.
Холмс сказал Ребусу, что тот ни за что не поверит. Но Ребус все еще пытался поверить. Понд днем ранее вернулся из Штатов и нашел ожидавшее его на автоответчике послание.
— От миссис Хеггарти…
— Миссис Хеггарти — это…
— Она присматривает за моим домом. У меня дом близ Кингасси. Миссис Хеггарти приходит время от времени убирать и проверить, все ли в порядке.
— И на сей раз что-то оказалось не в порядке?
— Именно. Сначала она сказала, что замок взломан, но потом я перезвонил, и выяснилось, что дверь открыли моим запасным ключом. Я держу его под камнем у входной двери. Ничего не сломали, не разгромили — ничего такого. Но миссис Хеггарти поняла, что кто-то побывал в доме и что это был не я. В общем, я сказал об этом сержанту…
Сержанту, который неплохо разбирался в географии. Кингасси находится неподалеку от «Гнезда глухаря».
И определенно неподалеку от Датила. И Холмс задал Понду очевидный вопрос:
«А миссис Джек знала о ключе?»
«Может быть. Разорёха знал. Да я думаю, о нем все знали».
Все это Холмс выложил Ребусу, после чего Ребус отправился на встречу с Пондом; их разговор продолжался полчаса, после чего Ребус выразил желание увидеть дом.
— Бога ради, — сказал Понд.
Вот так Ребус оказался в этой тесной металлической коробке, которая временами неслась с такой скоростью, что у него глаза на лоб лезли.
Время перевалило за полночь, но Понд, казалось, не замечал этого.
— Я все еще в Нью-Йорке, — сказал он. — Мозги и тело в разных местах… Знаете ли, все это кажется невероятным… то, что случилось с Грегором и Лиз. То, что ее нашла Гаук… Просто невероятно.
Понд провел в Штатах целый месяц, и это не прошло без следа: в его голосе слышались чужой акцент, чужие интонации. Даже в мимике и жестах проскальзывало что-то чужое. Ребус внимательно посмотрел на него.
