— Она помедлила, подошла и клюнула его в щеку. — Но за предложение спасибо.
— Не за что.
Душка, чей покой был потревожен, теперь топтал ту часть одеяла, где лежал Ребус. Ребус хотел было погладить его по голове, но кот уклонился.
— До скорого, — сказала Пейшенс, целуя его еще раз. — Мы еще поговорим, да?
— Если хочешь.
— Хочу.
С этими словами она вышла. Он слышал, как она в гостиной собирает свой чемоданчик, потом открылась и закрылась входная дверь. Кот сполз с Ребуса и теперь исследовал те части кровати, которые еще хранили тепло Пейшенс.
Ребус хотел было подняться, но передумал. Телефон зазвонил снова. Еще один пациент? Нет уж, он не будет отвечать. Телефон продолжал трезвонить. Наконец Ребус ответил уклончивым «Да?..»
— Наберись терпения, — сказал Джордж Флайт. — Я тебя ни от чего не оторвал?
— Что у тебя, Джордж?
— Ну, ты сам спросил. Лично у меня понос. Похоже, не стоило мне вчера в «Ганге» приправлять еду карри. А еще, инспектор, у меня есть информация по вашему запросу.
— Неужели, инспектор? Будьте так добры, поделитесь поскорее, не то хуже будет.
Флайт фыркнул:
— Вот и вся благодарность, которую я получаю за свои тяжкие труды.
— Знаем мы, какие такие труды у вас там в лондонской полиции, Джордж.
Флайт шикнул:
— И у проводов есть уши, Джон. Ну так вот, адресок твой оказался пустым. Правда, там живет подруга мисс Кроули. Но она говорит, что не видела твою мисс несколько недель. Последние новости о ней были из Эдинбурга.
У него получилось «едим-бургер».
— И все?
— Я попытался порасспрашивать пару знакомых мошенников, которые были связаны с Крофт.
— Кто такая Крофт?
Флайт вздохнул:
— Та дама, которая держала бордель.
— А-а, ну да.
— У нее были тут неприятности. Видимо, потому она и переехала на север. Ну я и поговорил с ее «прежними коллегами».
— И что?
— Ничего. Даже скидки на оральный секс не дали.
— Ясно. Все равно спасибо, Джордж.
— Извини, Джон. Когда мы увидим тебя здесь, на юге?
— Когда мы увидим тебя здесь, на севере?
— Без обид, Джон, но от вашей квадратной колбасы[38] и шипучего пива у меня несварение.
— Ну тогда возвращаю тебя к твоему копченому лососю[39] и шотландскому виски. Спокойной ночи, Джордж.
Он положил трубку и на минуту задумался. Потом вылез из кровати и начал одеваться. Кота вроде бы это устроило, и он вытянулся во всю длину. Ребус нашел бумагу и ручку и нацарапал записку Пейшенс: «Скучаю без тебя. Поехал прокатиться. Джон». Он подумал, не добавить ли ему поцелуев.
