— Всё так...
— Тебе давно пора от него уйти, — горячо выпалила я, всей душой желая счастья подруге.
Альфи пнул меня по ноге, будто я сказала чего-то лишнего. Я возмущенно посмотрела на него, не понимая, в чем дело. Да, мои слова — грубые, у них есть общие дети, но даже ради детей терпеть эти издевательства?!. Это ужасно!
— И тут ты права, — кивнула Лафу. — Но есть препятствие — мои дети. Мне не важно, что моя душа растворится, пусть даже если это случится завтра, но я хочу, чтобы сначала они выросли. Тогда я смогу уйти из жизни спокойно.
Я больше не боюсь смерти, ведь такая жизнь — намного хуже.
— Когда любое другое существо переходит из своего мира в этот, оно привязывает себя к кому-то. Кто-то берет ответственность, становится проводником, — пояснил Альфи хмуро. — Для Лафу её муж стал проводником. Теперь, если она от него уйдет и он разорвет связь, то она растворится безвозвратно в Грани миров.
— Ох, — вздохнула я и сжала руку подруги. — Прости, я не подумала об этом. Но неужели нет выхода? Может ли кто-то другой взять за тебя ответственность?
— Только с согласия предыдущего, — вновь просветил меня Альфи, пока Лафу смотрела в одну точку невидящим взглядом.
— Мы заставим дать его это согласие! В конце концов, попросим Ривадавира.
Правда, придется переступить через свою гордость, но это такие мелочи по сравнению с тем кошмаром, в котором живет Лафу!
— Он не согласится, — покачал головой Альфи. — Не станет подставлять свою репутацию под удар. У демонов не принято вмешиваться в дела другого без видимой на то причины.
— Но причина есть! И эта причина сидит с синяками передо мной.
Альфи покачал головой, усмехаясь, а я совсем погрустнела, прямо как Лафу. Но я не привыкла сдаваться! Обязательно поговорю с Ривом. В конце концов, должен быть способ!
— Тебе нужно принять душ, — произнесла я, поднимаясь. — Иначе ты можешь слечь с простудой.
Лафу кивнула, последовав за мной на четвертый этаж в душевые комнаты словно кукла. Женщина не сопротивлялась. Она приняла душ, согревшись, и переоделась в выданную ей одежду, закутавшись в теплый плед.
Уложив её на свою кровать, я развернулась к Альфи, схватив его за шкирку.
— А ты отправишься со мной. У нас еще остались без ответа некоторые вопросы."
"Щенок вздохнул, явно разочарованный, что я еще не забыла. Мы вернулись на кухню. Я, вскипятив воду, налила себе еще чая, а Альфи дала миску молока.
— Миали, значит, первая душа Рива. Она была первой и единственной у него?
— До тебя — да, — кивнул Альфи.
