– Я его не сниму, – прошептала Айрис. – По крайней мере, пока не вернусь домой и не смогу отдать его тебе.
Форест кивнул, от волнения морщя лоб. От его последних слов по спине Айрис пробежал холодок.
– Он тебе понадобится, Цветочек.
* * *Роман смотрел на Авалон-Блафф из окна грузовика.
Пейзаж представлял собой груды обломков и скопление призраков. За окном проносились памятники людям, которые когда-то жили на этом холме: вытоптанные огороды, обрушенные каменные ограды, темные дверные проемы и стены, за которыми остались брошенные вещи.
Мусор, обгоревшие соломенные крыши и сверкающие осколки стекла. Интересно, кто жил в домах, мимо которых они проезжали? Где эти люди сейчас? В безопасности ли?
Вот об этом он хотел написать. Он потупил глаза, когда понял, что упустил свой шанс.
Рядом с ним сидел Дакр, держа в бледных изящных руках газету. При виде газеты у Романа проснулось любопытство.
– Сэр? – осмелился он спросить. – Откуда вы узнали мой средний инициал?
Дакр с интересом взглянул на него.
– Ты о чем?
– Моя подпись в «Вестнике». Вы указали меня как «Роман К. Китт».
– Я указал только то, что ты мне сообщил.
– Тогда кто…
– До исцеления ты работал в «Вестнике Оута». Несколько раз в месяц выходили твои статьи. Ты стремился стать колумнистом.
Роман отчаянно соображал, стараясь ухватить воспоминания.
– Я не помню.
– Ну конечно не помнишь. Пока что. Твой прежний работодатель использовал твою старую подпись.
– Понимаю.
Дакр склонил голову набок.
– В самом деле, Роман?
– Вы знали меня до того, как нашли на поле умирающим.
– Я знал о тебе, – поправил Дакр и снова переключил внимание на газету. Роман увидел, что это не «Вестник», а газета под названием «Печатная трибуна». – Ты из влиятельной семьи. Твоя семья оказала мне большую поддержку. А я не забываю тех, кто служит мне верой и правдой.
Роман застыл. Сердце болело, отчаянно пытаясь вспомнить дом. Семью.
Он не мог отрицать, что хотел быть на своем месте. Хотел доверять тому, что видит.
Бороться за что-то.
– Сэр? – обратился он. – Я хотел вам кое-что показать.
Дакр промолчал, но в его глазах вспыхнул интерес.
Роман хотел достать странную записку, но в груди что-то дернуло – резко, как рыболовная леска, брошенная в море.
«Погоди».
Он в нерешительности сжал кулак.
«Кто это написал? Что за магия доставила ко мне листок? Узнаю ли я когда-нибудь ответы, если отдам ему записку?»
– Ты хотел что-то показать? – напомнил Дакр.
– Да.
