Не то, что ты подумал… Кстати, Степка, я приготовила тебе подарок! Сейчас принесу.
– Ма, а я не успел, – честно признался он, снова обращаясь к спине матери. Она почему-то упорно не желала поворачиваться к нему.
– Переживу, сынок. – Она скрылась из кухни.
Он налил себе кофе, сел за стол, на ходу отметил, что никаких следов пиршества незаметно. В кухне чисто, в раковине пусто. Может, и правда тот, кто храпит где-то в доме, ничего для матери не значит? Может, уже угомонились, наконец, ее не желающие сдаваться гормоны?
Он успел сделать три глотка, когда она вернулась.
– Вот, детка, это тебе. – Она с грохотом швырнула на стол ключи от машины, села напротив. – Можешь не благодарить.
– Мама!.. Мама, это же!.. – Он по-детски широко улыбнулся, на мгновение забыв, с какой печальной новостью явился. – Мама, это же моя мечта!
– Знаю. Потому и дарю. – Она хмыкнула, посмотрела на него поверх чашки со странным любопытством. – Оформила на себя, а потом перевела на тебя дарственной, чтобы у твоих генералов не было к тебе никаких вопросов.
– Мама, спасибо! – Степа сорвался с места, подлетел к матери, звонко расцеловал в обе щеки. – Вот это сюрприз! Блин, а я без подарка! Прости, ладно? Я исправлюсь, честно! У меня есть одна идея…
– Ах, оставь, сынок, оставь.
Она отстранилась и кивком велела ему вернуться на место. Снова уставилась тем же странным взглядом. Подождала минуты две, смакуя последние глотки кофе, потом со вздохом спросила:
– Что мнешься? Говори.
– Что говорить?
Степан поежился.
Портить матери праздничный день печальной новостью очень не хотелось. Тем более сейчас, когда она наслаждалась произведенным эффектом. И потом, он не знал, как эта новость на нее подействует. Они с отцом расставались тяжело. Громко скандалили, мать подолгу и часто плакала. Долгие годы не желала о нем ничего слышать, а Степану так и не простила частых свиданий с отцом.
Во всяком случае, так она сама утверждала, и не раз.
– Говори, зачем пожаловал, – потребовала мать, и глаза ее сделались злыми.
– Понимаешь, ма… – Он замялся, подбирая нужные слова. – Тут такое дело…
– Ни за что не поверю, что ты явился сюда в первый день нового года, чтобы поздравить меня! – фыркнула мать в пустую кофейную чашку и с грохотом поставила ее на стол. – Да еще с пустыми руками! Да еще через забор лез! Степа, что? У тебя неприятности по службе? Ты во что-то вляпался? Говори, не томи. В чем дело?
– Дело в отце, ма, – промямлил Степан и вжал голову в плечи.
