Миссис Бакли бросила взгляд в сторону кухни и сказала, глядя на Октавию:
– Давайте я сделаю.
– Не надо чая, – отказалась девушка. – И приглашать никого не надо. У меня есть Эш. Доктор тоже не нужен. Когда она умерла?
– Точно еще неизвестно. Вчера вечером."
"– Тогда вам не удастся повесить это на Эша, как сделали в прошлый раз. Мы были дома, и миссис Бакли приготовила нам ужин. Все трое провели вечер дома. Спросите у миссис Бакли.
Как раз эта информация и была нужна Кейт, хотя сама она не намеревалась задавать такой вопрос: нельзя сообщать дочери о смерти матери и в то же время интересоваться, есть ли у нее и бойфренда алиби.
И все же она вопросительно посмотрела на миссис Бакли. Женщина кивнула:
– Это правда. Я приготовила ужин, и мы весь вечер провели здесь, пока я не поднялась к себе после того, как вымыла посуду. Это было примерно в половине одиннадцатого или чуть позже. Я еще подумала, что задержалась на полчаса против обычного времени.
Значит, Эша и девушку можно исключить из числа подозреваемых.
Даже на быстром мотоцикле по пустым улицам нельзя меньше чем за пятнадцать минут добраться до Темпла. Время можно уточнить, но зачем? Венис Олдридж умерла задолго до десяти сорока пяти.
– Вот так, – сказала Октавия. – Вам не повезло. В этот раз придется искать настоящего убийцу. Почему бы не потрясти ее любовника? Этого негодяя Марка Ролстоуна, члена парламента? Спросите, из-за чего они ссорились во вторник вечером?
Кейт с трудом сохраняла самообладание. Потом спокойно произнесла:
– Мисс Камминз, ваша мать убита.
Наша цель – найти преступника. Но сейчас для меня главное – убедиться, что с вами все в порядке. Вижу, так и есть.
– Что вы понимаете? Вы ничего не знаете обо мне. Лучше вам уйти.
Неожиданно она рухнула на стул и захлебнулась в рыданиях – внезапных, не поддающихся контролю – так плачут маленькие дети. Кейт сделала инстинк-тивное движение в ее сторону, но Эш опередил ее и молча встал между ними. Затем подошел к стулу и положил руки на плечи девушки.
Поначалу по конвульсивному движению плеч Кейт подумала, что девушка его оттолкнет, но та подчинилась сильным рукам и постепенно истерические рыдания сменились тихим плачем. Голова упала на грудь, слезы лились на судорожно сжатые руки. Поверх головы девушки на Кейт снова смотрели те же черные, пустые глаза.
– Слышали, что она сказала? Уходите! Вы здесь лишние.
– Когда журналисты обо всем узнают, может возникнуть нежелательный ажиотаж, – сказала Кейт.
