– Боже, значит, что-то стряслось, – произнесла женщина. Дрожа всем телом, она отступила в сторону, а когда они вошли внутрь, безмолвно указала на правую дверь и прошептала: – Она там – Октавия и ее жених. Ее мать умерла, да? Вы ведь это пришли сообщить?
– Да, – сказала Кейт. – Сожалею, но это так."
"К ее удивлению, миссис Бакли не сделала попытку пройти первой, предоставив возможность Кейт открыть дверь самой, и вошла только после сержанта Робинса.
В нос сразу бросился запах крепкого кофе и бекона. Девушка и молодой человек сидели за столом, но при появлении незнакомых людей поднялись, неприветливо глядя на непрошеных гостей.
Кейт заговорила почти сразу, но за первые секунды успела окинуть цепким взглядом девушку, ее друга и планировку комнаты. Очевидно, изначально тут были две комнаты, но стену между ними разобрали, чтобы получилась одна большая – двойного на-значения. В передней части находилась столовая с овальным столом из полированного дерева, по правую сторону от двери – буфет, а напротив – старинный камин со встроенными по бокам полками и над ним – картиной, написанной маслом.
В отдаленной части располагалась кухня; Кейт обратила внимание, что раковина и плита были сдвинуты влево, чтобы вид из окна в сад ничем не нарушался. Ее глаза и сознание схватывали мелкие детали: терракотовые горшки с травами на дальнем окне, разномастные фарфоровые фигурки, бессистемно стоящие на каминных полках, сальные пятна от грязных тарелок на столе красного дерева.
Октавия Камминз была худощавая, но полногрудая девушка с лицом ребенка-всезнайки.
Узкие, слегка раскосые глаза под тонкими, словно выщипанными бровями были насыщенного каштанового цвета. Это придавало пикантность ее лицу, которое можно было назвать пусть не красивым, но интересным, если бы не угрюмо опущенные уголки слишком большого рта. Поверх белой блузки она носила длинное хлопчатобумажное платье без рукавов, расписанное красными узорами. И то и другое стоило постирать. Из украшений на девушке было только обручальное кольцо с красным камнем, окруженным жемчужинами.
По контрасту с ее неряшливостью юноша казался особенно аккуратным. Он словно сошел с черно-белой фотографии: темные, почти черные волосы, черные джинсы, бледное лицо и белоснежная сорочка с открытым, широким воротом. Темные глаза смотрели на Кейт дерзким, оценивающим взглядом, ставшим пустым мгновенно, как только их взгляды встретились, словно она внезапно перестала для него существовать.
– Мисс Октавия Камминз? – спросила Кейт.
