"
"Но картинки входящих и исходящих телефонных звонков он, конечно, передаст. Пусть Джансунг сам отвечает за свои художества перед остальными преступными авторитетами. Ему разрешили устранить Цвераву, но сделать это он должен был весьма корректно и осторожно. А вместо этого он устроил настоящую охоту на всех остальных. Все превратилось в какую-то бойню. И только для того, чтобы никто не узнал подробностей преступления. Или преступлений. Нет, он явно не опасался того, что Альбина Брустина будет разоблачена как Анастасия Асамова.
Значит, он опасался чего-то другого, убирая телохранителей Георгия Цверавы. Опасался, что рано или поздно кто-то сумеет вычислить и его человека в Берлине. Черт побери, это единственное разумное объяснение неадекватных поступков убийцы и его сообщников.
— Как там погода? — Раздольский явно спрашивал про общую обстановку в Берлине, понял Дронго.
— Пасмурно, — ответил Дронго, — и вот-вот может ударить молния. Грозу мы уже видели.
— Жалко. Жалко. Берлин хороший город. Там много наших друзей.
Как вас найти, если вы понадобитесь?
— Запишите номер моего мобильного телефона. Он как раз высветился у вас на дисплее, — ответил Дронго.
— Да, я так и сделаю, — согласился Раздольский и, попрощавшись, отключился.
— Кому вы звонили? — спросил Виммер. — У меня было такое ощущение, что вы ему жаловались. Я немного понимаю по-русски. Кто это был?
— «Судья» мафии, — пояснил Дронго. — Я рассказал ему об убийствах, которые здесь произошли. И еще раз убедился, что все не так просто.
На устранение Георгия Цверавы была дана санкция сходки «воров в законе», и его убийство никого не должно беспокоить. Кроме полиции, разумеется. А вот мстить за это убийство преступники не будут. Но после того как Цвераву убрали, кто-то отдал приказ еще о двух убийствах. И по моей логике, это мог сделать только тот человек, кому звонил Захар, сообщая о том месте, где он находится. Этот человек и сдал его убийцам. То есть несанкционированно провел еще два убийства в Берлине. А это уже беспредел даже на языке мафии.
Поэтому опытный «судья» сразу начнет разбирательство. И никто не посмеет ему соврать или уклониться от его вопросов. Это ведь не обычный федеральный судья, когда за ложные показания могут дать всего два или три года тюрьмы. Это ведь даже не Бог, который сможет наказать уже в другой жизни. Это «судья», к голосу которого прислушиваются сотни и тысячи бандитов и который может вынести очень суровый приговор, требующий немедленного исполнения.
