Тем персонам, которые устранили ее, выгодно повесить всех собак именно на меня.
– Тебя там точно не видели?
– Думаю, нет. Но не уверен.
– Учти, если англичане тебя там срисовали и потребуют твоей выдачи, будет много неприятностей. Тебя не выдадут, но от дела отстранят и все запутается еще больше.
– Я понимаю, товарищ полковник. Значит, надо действовать быстро.
– Каким же это образом? Все ниточки оборваны. Искать второго «крота», который то ли есть, то ли нет?
– Во-первых, есть Шарлотта, которая, надеюсь, поможет осветить нам дорожку через Потсдамский лес.
Мы установим наблюдение за лагерем, выясним, что это за контора, к чему они готовятся. Не получится самим, есть все основания привлечь к делу нашего человека, работающего в штабе генерала Джеффри Томпсона. Тема важная, разведуправление на это пойдет. Но для начала нужно съездить самим. Мы ищейки, товарищ полковник, с задачей справимся. Еще надо проработать Бенджамина Уилсона. Уверен, этот тип многое знает.
– Эх, упустил ты госпожу Майерс. Я уверен, она тоже что-то знала.
Но ты предпочел отлучиться по нужде. Ладно, не багровей. Кстати, насчет дорожки, вымощенной трупами. Где гарантия, что Уилсон не будет убит точно так же, как его коллега? Хорошо, не будем кровожадными. Начальство просто отзовет его в Англию или переведет в какой-то немецкий город, расположенный в своей зоне оккупации? Где гарантия, что Шарлотта жива? Если за тобой следили, то трюк, когда ты с ней якобы переспал, раскусят на раз.
– Тогда за нами не следили. Вокруг было много наших ребят.
Бенни Уилсон, думаю, жив, и мы его найдем. Вы даете добро на осмотр территории за Потсдамским лесом?
– Главное, что не я даю добро, а мое непосредственное начальство, – проворчал Троицкий. – Санкция есть, можешь работать. Но если провалишься, никто вытаскивать тебя не будет. Это ты должен понимать отчетливо. Документы контрразведки с собой не брать. И подчиненным своим передай.
Глава девятая
С приходом темноты разразилась гроза. Крупные капли стучали по брезенту.
Лейтенант Грамарь припал к ветровому стеклу, с трудом различал дорогу. Слева в мареве ненастья блестели огни, проплывали северные предместья Берлина. Потсдам находился в двадцати километрах к западу от столицы Германии, в краю лесов и озер.
Владу хотелось надеяться, что в сам Потсдам им заезжать не придется. Качество дороги ухудшилось. Не все воронки были засыпаны."
"Дождь разгулялся не на шутку. Водителю пришлось съехать с дороги, забраться под развесистый дуб.
