А может, дело вовсе не в побочном эффекте проклятия? Вдруг это была любовь? Настоящая, не придуманная и не наигранная, такая как та, что подарила ее сводной сестре настоящую снежную сказку. Под влиянием этой искренней и бескорыстной любви Снежана из шкодливой пацанки превратилась в прекрасную леди, в глазах которой при виде мужа загорались звезды."
"И Клотильда тоже осознавала, что неуловимо преображается рядом со своим эррисаром и только с ним. Той ночью в комнате Закари она чувствовала себя королевой. Нужной, желанной, вызывающей уважение и восхищение.
А потом все пошло наперекосяк. И вместо того чтобы остаться с избранником и добиться‑таки его внимания, как учила мама, девушка гордо ушла. Ну, не дура ли? А впрочем, может оно и правильно. Ведь жених, считающий невесту менее важной, нежели все остальное, вряд ли стал бы прислушиваться к ее мнению в законном браке. Быть же красивой ширмой при этом мужчине Клотильда не хотела. С ним, как ни с кем другим, она желала получить либо все, либо ничего и, к сожалению, так оно и вышло.
Подобрав пышные юбки, девушка отправилась в сад, желая уйти от головокружительно веселья, радостных улыбок и надоедливых ухаживаний Ингольва, обижать которого не хотелось, так как он ей нравился, но и принять его ухаживания блондинка была не готова. Другой мужчина занимал ее мысли, заставляя плакать разбитое сердце. И пока эта рана не затянется, Тиль решила не начинать новую охоту за мужем. Потом… через месяц, или через два, в крайнем случае, через полгода она непременно найдет себе подходящего кандидата здесь или в крыле тьму, куда ее лично пригласил эррисарский сын Аарон, а может, и воскресит в себе былую симпатию к лысому магу света.
Все возможно. Сейчас девушка хотела уединения, и поэтому мужской голос, раздавшийся за ее спиной, не сильно обрадовал улизнувшую с праздника блондинку.
— Леди куда‑то торопится? — повторил свой вопрос незнакомец, а сердце Клотильды сжалось от едва уловимого сходства интонаций этого человека и ее бывшего жениха. Остановившись, она медленно обернулась, стараясь не выдать волнения и… разочарованно вздохнула, увидев не мохнатое чудовище в балахоне, а высокого широкоплечего брюнета с короткими волосами и черными, как ночь глазами, внимательно наблюдавшими за девушкой.
— Простите, лорд, — сделав книксен, сказала она, — но мне бы хотелось прогуляться по саду… одной.
— Сбегаете, леди? — усмехнулся мужчина, и опять его мимика показалась ей до боли знакомой, хотя видела этого человека Тиль впервые.
