— Тогда где ты их раздобыл?
— В хранилище артефактов. Я же говорил, что с детства там частенько бывал. Нашел эти камни в старой шкатулке, понравились. Отец потом проверил их на магический фон и, ничего ценного не обнаружив, отдал мне. А я вспомнил о них, когда привез тебя в Рассветный, и, зная ваши традиции, решил сделать обручальные кольца, которых нет больше ни у кого.
— Я оценила, — сказала тихо и поняла, что опять глупо улыбаюсь. Да что ж такое?! У нас дела, судьба миров, можно сказать, решается, а я, как идиотка, млею от его слов, схожу с ума от близости и предаюсь приятным воспоминаниям.
Решив срочно взять себя в руки, я нахмурилась, кашлянула и подтянула сползающее от моей возни покрывало. — Если в хранилище, хм… Получается, кристаллы были отданы Сияющим нашим магам вместе с прочими артефактами?
— Полагаю, что так.
— Но откуда книга‑то узнала, что ты подаришь мне этот перстень? Я бы допустила, что она обладает даром прорицания, как Сноуриш, но из того, что про нее рассказывали, это скорее инструкция к действиям.
Да и показывает она каждому свое. Странная.
— Не спорю.
— И что делать будем?"
"— Выбор невелик, — пожал плечами муж. — Либо какое‑то время играем по правилам гримории и демонов, а потом действуем по обстоятельствам, либо пробуем разнести к чертовой матери весь этот город, чтобы найти Алису…
— Нет, так нельзя. Здесь полно мирного населения, которое ни в чем не виновато. Да и вы все еще не в форме, хоть и чувствуете себя значительно лучше. Нельзя рисковать.
Надо подыграть, а там как получится.
— Я тоже так думаю, — поцеловав меня в лоб, сказал Варг. — Книга же… Если это не артефакт с пророческим даром, то есть еще вариант, что мы стали свидетелями связи «Летописей Годранга» с кристаллами. Пока они томились под крышкой шкатулки, контакта не было. А как только мы с тобой начали их носить-появился. Возможно, гримория или ее хозяин каким‑то образом видят и слышат через эти разноцветные камни. Отсюда и узнали, кого следует похищать.
Потом, пользуясь слепым доверием оборотней, приказали им осуществить задуманное.
— А выкуп? Вдруг бы Триалин согласился обменять пленниц на часы?
— Видимо, тот вариант местных устраивал не меньше этого.
— Видимо, — эхом отозвалась я и снова заулыбалась, когда муж принялся поправлять на мне скользкое покрывало, так и норовившее соскользнуть с обнаженной груди.
В это же время…
Регина приходила в себя медленно. В голове шумело, тело бил неприятный озноб.
