Не только русские знают пословицу про синицу в руках – конечно, крейсер не линкор, но был в тот момент намного более легкой и достижимой целью. Последний залп лег по «Бостону», когда крейсер уже скрывался под водой – разорвавшись в непосредственной близости, среди скопления плотиков, немецкие снаряды вызвали большие потери в экипаже, из тысячи ста человек спаслись меньше пятисот – подобранные тральщиками по пути отступления к главным силам. Несмотря на то что 150-миллиметровая батарея продолжала вести огонь, попаданий не было – всё же расстояние было слишком велико.
Предположительное место тяжелой немецкой батареи было засечено с «Алабамы». Развернувшись бортом, линкор дал залп, ответные снаряды ударили в воду для первого залпа достаточно близко. Положение становилось опасным. Еще, кажется, Нельсон сказал, что флотоводец, затевающий дуэль с береговыми батареями, или дурак, или безумец. Меткость огня береговых орудий гораздо выше, а уязвимых мест у батареи меньше – можно было уравнять шансы, решительно сократив дистанцию курсом вперед… и на минное поле? «Пусть лучше поработает авиация, а мы подождем», – и «Алабама» стала удаляться от берега, уводя эскадру.
Вот проклятье! Идиотская случайность – немцы провожали залпами, и один снаряд, непонятно каким перелетом, угодил точно в «Аквариус»! Для десантного транспорта это было «выше крыши», на нем начался сильнейший пожар, стали взрываться боеприпасы. Чудо, что успели спустить полдесятка катеров, набитых солдатами, – поняв, что никто не будет ради их спасения останавливаться в пределах огня тяжелой батареи, катера направились к берегу, видневшемуся слева.
Даже если им удастся его достичь, это место не имеет ничего общего с тем, что было предписано планом. Треть первого эшелона десанта выбыла из игры – план летел ко всем чертям!"
"Несколько часов ничего не происходило. Затем прилетели самолеты, покружились над берегом, сбрасывая бомбы, доложились по радио: «Всё о’кей, цели уничтожены», – и унеслись к авианосцам. Вперед пошли тральщики, чтобы расчистить путь, их встретили огнем шестидюймовых.
«Алабама» и крейсера стреляли в ответ, благоразумно не входя в пределы досягаемости шестнадцатидюймовой батареи – была надежда, что ее разбомбили, но проверять не хотелось, чтобы не вышло, как с «Бостоном». Один тральщик поймал всё же снаряд и загорелся – но погиб не он, а его сосед, вдруг подорвавшийся на мине. Затем еще один, и подбитый не стали спасать, а бросили, сняв команду, а сами стали отходить.
