Не этих вот шизов…
Ньют вскочил на ноги, да так резко, что Томас попятился.
– Я сам шиз! – крикнул он, целясь в Минхо. – Я сам шиз! Как ты не поймешь, башка баранья?! Ты бы на моем месте захотел, чтобы друзья видели, в кого ты превращаешься? А? Захотел бы?
Ньют уже кричал во весь голос, его трясло.
Минхо молчал. Понятное дело. Томас и сам не мог подобрать слов для ответа.
– А ты, Томми, – понизив голос, произнес Ньют, – смел, по-настоящему смел, раз пришел сюда и просишь вернуться. Смотреть на тебя тошно.
Томас застыл как громом пораженный.
Никто еще не говорил ему столь обидных слов. Никто и никогда.
Глава тридцать девятая
Зачем Ньют порет такую чушь?
– О чем ты? – спросил Томас.
Ньют не ответил. Целясь в Томаса, он буравил друга жестоким взглядом, дрожал. Потом вдруг успокоился и, опустив оружие, посмотрел в пол.
– Я ничего не понимаю, Ньют, – тихо и настойчиво произнес Томас. – Зачем ты так с нами?
Ньют вновь обратил взор на Томаса – уже без прежней горечи во взгляде.
– Простите, ребята. Вам и правда лучше меня бросить.
Мне с каждым часом все хуже и хуже. Вот-вот башню сорвет. Прошу вас, уходите.
Томас раскрыл было рот, желая возразить, но Ньют жестом заставил его молчать.
– Нет! Хватит болтовни. Просто… уйдите, прошу. Умоляю. Как никогда и никого прошу: выполните последнюю просьбу. Я встретил здесь компанию: парни, похожие на меня, хотят сегодня нагрянуть в Денвер. Я с ними.
Томас едва не выкрикнул: для чего шизам в Денвер?!"
"– Я и не жду, что вы поймете, но с вами мне больше не по пути.
И так хреново, а будет еще хуже, если вы станете смотреть на меня умирающего. Или, не дай бог, пораню кого-то. Так что давайте прощаться. Валите отсюда и не поминайте лихом.
– Так нельзя, – ответил Минхо.
– Да чтоб тебя! – вскричал Ньют. – Ты не представляешь, чего мне стоит держать себя в руках! Я все сказал, проваливайте! Чего вам не ясно? Валите!!!
Томаса ткнули в плечо, и он развернулся – позади стояли несколько шизов. Тот, который ткнул его – патлатый, – был высок, широк в плечах.
Вот он упер Томасу палец в грудь и произнес:
– Наш новый друг просил вас уйти. – Шиз облизнул губы.
– Не лезь не в свое дело, – огрызнулся Томас. Плевать на опасность. Сердце полнилось горем. – Прежде всего он НАШ друг.
Шиз пригладил сальные патлы.
– Он теперь один из нас. Значит, дело и наше тоже. Давайте оставьте его… в покое.
Минхо заговорил, опередив Томаса:
– Ты, шизоид, от болезни слухом повредился? Дело касается только нас и Ньюта. Сам вали давай.
