Что это такое?
– Сам знаешь, как устроен мир. Новые болезни – новые лекарства. Если нельзя убить саму болезнь, борются против симптомов.
– А что делает это лекарство? У тебя оно есть?
– Ха! – презрительно вскрикнула Бренда. – Как будто нам выдают его! Такую круть могут себе позволить только шишки. Они называют лекарство кайфом. Оно притупляет эмоции, процессы в мозгу, вводит в ступор. Ты словно пьяный, практически не чувствуешь ничего. Лекарство сдерживает Вспышку, потому что болезнь гнездится в голове.
Пожирает мозг, губит его. Если он не работает, то и вирус слабеет.
Томас скрестил руки на груди. Он упускал нечто важное, не мог ухватить сути.
– Выходит… это не лекарство? Пусть оно и замедляет действие вируса?
– Даже близко не лекарство. Анальгетик отсрочивает неизбежное. Вспышка все равно побеждает, и ты теряешь способность размышлять здраво, рационально, перестаешь сострадать… и ты уже не человек.
Томас молчал. Сейчас он еще сильнее, чем прежде, чувствовал, как некая – очень важная – часть памяти пытается просочиться сквозь щель в стене, ограждающей его от прошлого.
Вспышка. Мозг. Сумасшествие. Анальгетик, кайф. «ЭТО ПОРОК». Испытания. Речи Крысуна о том, что весь сыр-бор – из-за реакций глэйдеров на Переменные.
– Спишь? – спросила Бренда спустя несколько минут.
– Нет. Просто информации слишком много. – Рассказ Бренды вызвал смутную тревогу, однако Томас все никак не мог сложить части головоломки. – Надо все обмозговать…
– Тогда молчу.
– Девушка отвернулась и положила голову на дверцу. – И ты перестань думать. Все равно пользы не будет. Лучше отдыхай.
– Ага, – промямлил Томас, расстроенный, что, получив столько намеков, не может решить загадки. Впрочем, Бренда права: ночь больше годится для отдыха. Устроившись поудобнее, Томас постарался заснуть, однако скоро забыться не вышло.
Наконец приснился сон.
Томас опять старше. Ему около четырнадцати. Они с Терезой стоят на коленках у двери, подслушивают. Через щель отчетливо доносятся голоса мужчины и женщины.
Мужчина говорит первым:
– Ты получила дополнения к списку Переменных?
– Еще вчера вечером. Мне понравилось окончание Лабиринта, предложенное Трентом. Жестоко, но необходимо. Можем получить в итоге интересную матрицу.
– Абсолютно согласен. То же думаю и о сценарии предательства. Надеюсь, его отработают.
Женщина издает звук, похожий на смех, только напряженный и безрадостный.
– Да, у меня те же мысли.
