Скамьи быстро заполнялись, и Робин села на свободное место рядом с молодой чернокожей парой. Мужчина выглядел напряженным, а его спутница что-то шептала ему. Хотя Робин не могла расслышать всего, что говорила девушка, ей показалось, что она уловила слова: “Держи ум открытым”.
На неглубокой полке, прикрепленной к скамье напротив Робин, лежало несколько одинаковых брошюр, одну из которых она взяла в руки.
Добро пожаловать во Вселенскую Гуманитарную Церковь!
Наша миссия, наши ценности, наше видение
Робин сунула брошюру в сумку, чтобы прочитать позже, и огляделась по сторонам, пытаясь найти Уилла Эденсора.
В симпатичных молодых служителях в оранжевых толстовках не было недостатка, они суетились по храму, провожая людей на места, болтая и шутя с посетителями, но его не было видно.
Заметив, что несколько прихожан смотрят вверх, Робин обратила внимание на потолок. Там была нарисована фреска, которая по стилю сильно отличалась от кукольных человечков, нарисованных на стенах. Это выглядело как диснеевская интерпретация Микеланджело.
Пять гигантских фигур в клубящихся одеждах летели через разноцветный рассвет, и Робин сделала вывод, что это те самые пять пророков, о которых писал Кевин Пирбрайт в своем длинном письме сэру Колину Эденсору.
Фигура прямо над Робин была темноволосой, бородатой и одета в оранжевое. Из пореза на лбу у него текла кровь, а на одежде виднелись пятна крови. Это, несомненно, был Раненый Пророк. Затем шел благообразный старец с белой бородой и в голубых одеждах, державший в руках жезл Асклепия — посох, обвитый змеей: Пророк-целитель.
Золотой пророк изображался в виде среброволосой женщины, за спиной которой развевались желтые одежды; она имела блаженное выражение лица и рассыпала по земле драгоценные камни.
Четвертая фигура представляла собой худого, неулыбчивого юношу с затуманенными глазами. На нем были малиновые одежды, а на шее, к некоторому замешательству Робин, висела петля, веревка летела за ним. Робин предположила, что это похищенный пророк Александр Грейвс, который повесился через неделю после того, как его насильно похитили обратно в семью.
Ей показалось странным и зловещим, что церковь решила изобразить его с осунувшимся лицом и со средством его уничтожения на шее."
"Однако наибольшее внимание Робин привлекла центральная фигура. Маленькая и стройная, меньше остальных, она имела длинные черные волосы, была одета в белые одежды и, хотя была изображена в воздухе, за ней тянулись волны.
