Он знал, что где-то в глубине души Люси чувствовала облегчение от того, что он берет на себя ответственность, что решение принимает не она одна. После еще нескольких заверений и подбадриваний она попрощалась с ним, шмыгая, но уже спокойнее. У Страйка оставалось несколько минут, чтобы отбросить свои собственные семейные проблемы на задний план и сосредоточиться на проблемах Эденсоров.
Ресторан “Правила”, в которых Страйк никогда раньше не бывал, находился на Мейден-Лейн и имел впечатляющий старинный фасад.
Сказав метродотелю, с кем он встречается, Страйк прошел через ресторан, стены которого были увешаны оленями, викторианскими гравюрами и старинными часами, к обитой красным бархатом кабинке, в которой сидел сэр Колин, как всегда, с добродушным лицом.
— Очень мило с вашей стороны встретиться в удобное для меня время, — сказал сэр Колин, когда они пожали друг другу руки. Он с тревогой вглядывался в лицо Страйка в поисках намека на то, что ему предстоит услышать.
— Очень благодарен за обед, — сказал Страйк, усаживаясь в кабину. — Хорошо отдохнули?
— О, да, было замечательно провести время с внуками, — сказал сэр Колин. — Постоянно думал о том, как бы Салли хотелось… но все равно…
Подошедший официант предложил меню и напитки. От последнего оба мужчины отказались.
— Значит, ваша напарница уехала с фермы Чепмена? — спросил сэр Колин.
— Да, — сказал Страйк, — и у нее есть много информации. Во-первых, — сказал Страйк, который не видел возможности смягчить самый страшный удар и считал, что его лучше нанести сразу, — Уилл не знал, что ваша жена умерла.
Сэр Колин поднес руку ко рту.
— Простите, — сказал Страйк. — Я знаю, что это, должно быть, тяжело слышать.
— Но мы писали, — сказал сэр Колин, опустив руку. — Мы писали много раз.
— Робин узнала, что членов церкви заставляют подписывать заявление о том, что они не хотят получать письма извне. Похоже, что так церковь поступает с людьми, которые поднялись на определенное количество уровней до того, что они называют чистым духом, другими словами, с теми, кого, по их мнению, они действительно зацепили, и чью изоляцию они хотят закрепить.
С момента подписания декларации церковь скрывает всю переписку. Предполагается, что ее можно просмотреть по запросу, но, как мне рассказала Робин, за просьбу прочесть письма член церкви может быть немедленно переведен на ручную работу и, возможно, наказан.
