Она выпила, пьет как чертова рыба, и говорит, чтобы я не ходил за ней по пятам, а я отвечаю: “Ты думаешь, что ты, блядь, твой отец, да? Говоришь всем, куда им можно ходить”, а она говорит: “Если ты хочешь втянуть в это дело моего отца, я могу тебя убрать, я скажу ему, что ты ходишь по церкви и обливаешь ее грязью, ты не знаешь, с кем ты связался”. Я сказал ей, что она несет чушь, и она начала колотить меня по плечу, — Саксон неосознанно поднял руку, чтобы коснуться того места, куда, предположительно, ударила его Эбигейл, — и она говорит: “У них есть оружие”…
— Она сказала, что у церкви есть оружие?.
— Да, она говорит: “Они убили парня только за то, что он говорил о них гадости, так что перестань меня доставать”, а я говорю: “А как пожарной службе понравится, когда я обращусь в полицию по поводу того, что ты мне угрожаешь?” У меня много компромата на нее, если она хочет играть в эту долбаную игру, — сказал Саксон, с трудом переводя дыхание, — а ты знаешь, что они делают в церкви, не так ли? Все постоянно трахаются друг с другом? Она так воспитана, но если ей это не нравится, почему она до сих пор каждую ночь трахается с разными парнями? То по два, то…
— Она говорила, что видела оружие на ферме Чепмена?
— Ага, значит, она видела орудие убийства и не сообщила…
— Она не могла видеть пистолет, из которого был убит Кевин Пирбрайт.
Он был убит моделью, которой тогда еще не существовало.
На мгновение смешавшись, Саксон сказал:
— Она все еще мечтала, чтобы меня застрелили на хрен!
— Ну, если ты считаешь, что это была реальная угроза, то, конечно, обращайся в полицию.
По-моему, это похоже на попытку женщины запугать парня, который не может принять отказ, но, может быть, они посмотрят на это по-другому.
Страйку казалось, что он знает, что происходит за маленькими ореховыми глазками Саксона. Иногда, когда люди, охваченные навязчивой обидой, выплескивали свой гнев и претензии, что-то в них, какой-то маленький след самосознания слышал себя так, как могли бы услышать другие, и с удивлением обнаруживал, что они звучат не так уж безупречно и даже не так уж рационально, как им казалось.
— Может быть, я обращусь в полицию, — сказал Саксон, поднимаясь на ноги.
— Удачи тебе, — сказал Страйк, тоже вставая. — А пока я могу позвонить Эбигейл и посоветовать ей найти жильца, который не будет рассказывать своему приятелю каждый раз, когда она кричит во сне.
